И вот мы сидим, пристёгнутые к своим креслам, и созерцаем, как под крылом самолёта шланг, подобный пуповине, передаёт ему живительное топливо. Мы — шестнадцать капсул, летящих в столицу, но замерших над Волгой. Нас не выпускают. Мы — не пассажиры, мы — балласт. Наш путь к просветлению лежит через Нижний Новгород, но нам не позволено ступить на эту землю. Мы — чистый дух, томящийся в металлической оболочке. Стюардесса, словно жрица, обносит нас водой и печеньем, совершая обряд поддержания плоти, в то время как души наши уже давно витают где-то над Московской кольцевой. И я думаю: а ведь и правда, мы — просто багаж. Беспокойный, мыслящий, иногда просящийся в туалет багаж, который везут в пункт назначения, не распаковывая в промежуточных портах. И в этом есть высшая ирония бытия: чтобы долететь до центра Вселенной, нужно на время стать вещью. Просто сидеть и ждать, когда тебя дозаправят.