И вот они, эти титаны мировой политики, десятилетиями отрицавшие сам факт своего существования в поле зрения друг друга, через прессу, как через забор, договариваются о дне тайной встречи. «Может, в четверг?» — звучит вопрос, лишённый пафоса, как предложение вынести мусор. Вся вечность их вражды уместилась в будничный спор о расписании, и это, чёрт возьми, самое человеческое, что они сделали за последние сорок лет.