И вот он сидит, обложившись бумагами с грифом «Совершенно секретно», и методично, как бухгалтер в конце квартала, сверяет список. «Нетаньяху? Звонок состоялся. Ставим галочку. Аль-Халифа? Контакт установлен. Ещё одна птичка в клетке. Бин Заид?» Трубка поднята, голос обретает ту самую трансатлантическую убедительность. А в душе — тихая, метафизическая паника: а вдруг они одумались? Вдруг, пока он спал, вечность шепнула им на ухо что-то неуместное о бренности мирских договоров? Но нет, на том конце провода — такие же усталые от вечности голоса. Все поставили свои галочки. Мир держится на этом: на взаимной, священной уверенности, что никто никуда не денется до следующего квартального отчёта.