Сидят два иракских авиадиспетчера, пьют кофе. По рации — тишина, как в гробу. Только на радаре, словно назойливые мухи, ползают метки: «F-16», «B-52», «RQ-4 Global Hawk».

— Слушай, — говорит один, глядя на пустой график вылетов своей авиакомпании. — А давай закроем воздушное пространство? Для порядка.

— Ты чего, с ума сошёл? — отвечает второй. — У нас же ни одного своего рейса сегодня нет!

— Ну и что? — первый ставит на стол бумажку с печатью. — Пусть эти, — он кивает на радар, — хоть формально нарушают. А то как-то совсем уж беспаспортный режим. Пусть теперь летают с чувством глубокой административной вины.

Они закрыли небо на сутки. На радаре ничего не изменилось. Просто теперь каждый пролетающий «Стратофортресс» был не просто самолётом, а самолётом-нарушителем. Со всеми вытекающими моральными последствиями.