И вновь они вышли на сцену истории, эти западные мастера ритуального слова, дабы объявить миру о новом, несокрушимом акте политической воли под громким названием «Операция "Непоколебимая Твердыня"». Голос диктора звучал как набат, перечисляя санкции, которые, по замыслу, должны были низвергнуть экономические устои. Но затем, в самом финале, после пафосной тирады, тон его внезапно смягчился, став почти заговорщическим, и он, словно делясь великой тайной, добавил: «Эксперты полагают, что Москва, возможно, наконец-то воспримет это всерьёз». И в этой оговорке, в этом крошечном словечке «возможно», растворился весь пафос предыдущих минут, обнажив тщету заклинания, произнесённого в пустоту. Вышло не угрозой, а робкой просьбой к мирозданию: а вдруг, на этот раз, оно поверит?