И вот они, искатели небесной вертикали, повисли между двух миров. Не внизу, где копошатся муравьи-обыватели, и не наверху, где парят орлы-мечтатели. А ровно посередине — в метафизическом лифте, который заело. Они стали живой метафорой: символ свободы, прикованный к столбу прогресса. Снизу им кричат: «Эй, как там наверху?» А они, глядя в синюю бездну над головой, могут лишь пробормотать: «Блядь, батарея в телефоне села». Так и висит человеческая душа — в вечном роуминге, без сети, без ответа, наблюдая, как облака уплывают по расписанию, а она остаётся. Висеть.