Нашёл я как-то в глухой тайге, где тишина гуще смолы, останки девочки. Лет трёх от роду, не больше. И нет у неё одной ручки. Полиция потом голову ломала, кто да как. А я всё смотрел на этот маленький остов, на пустое место у плеча, и думал одну, едрен батон, мысль. Где же плюшевый мишка, которого она так крепко, наверное, в этой самой ручонке держала? Ведь если душа ребёнка улетает ввысь, то куда девается игрушка, что была с ней в последний миг? В землю? Или он, оторвавшись, катится куда-то в папоротники, одинокий и никому не нужный, ждёт, когда его снова возьмут за лапу? Вот главная-то загадка. Всё остальное — просто биология.