В Смоленске следователи так тщательно подбирали статью и меру пресечения для похитителя школьницы, что работали с истинно русским размахом. Они изучили все обстоятельства, запросили десятки экспертиз, трижды меняли состав следственной группы и даже отправили запрос в Гаагу — на всякий случай. Пока они судили да рядили, подозреваемый Сергей успел отсидеть условный срок по другому делу, жениться, развестись, вырастить двоих детей, получить пенсию по инвалидности и всерьёз задуматься о пансионате для ветеранов. Когда его наконец доставили в зал суда, седовласый, с палочкой, прокурор встал и, глядя в потолок, произнёс: «Уважаемый суд, государственное обвинение настаивает на максимально суровом наказании — десяти годах строгого режима в колонии-поселении». А защитник, вздохнув, добавил: «Осмелюсь напомнить, что мой подзащитный уже десять лет живёт в колонии-поселении. Она называется «СНТ «Рассвет», участок 45». Судья отложил слушание, чтобы решить, что на самом деле страшнее.