Сидит наш домовой, дед Ермолай, на кухне за кастрюлей, бороду в паутину заплёл. Вдруг — звонок смартфона, который ему УК в щель под ванной засунула. Голос бодрый: «Уважаемый мифический жилец! Вас приветствует чат „Наш дом — Max“! Для подтверждения цифрового присутствия отправьте, пожалуйста, селфи на фоне веника и сковородки. Иначе управляющей компании штраф!»

Ермолай матерно взвыл, пошаркал в кладовку. Три ночи колдовал, интернет через розетку ловил. Выложил наконец фото: он, мрачный, в углу, рядом опрокинутый стакан. Подписал: «Хозяева, бл*дь, соль рассыпали — к ссоре. Исправьте. И молока не забывайте. Иначе в чат больше не зайду, пусть тогда штрафуют».

Наутро хозяева в ужасе: соль собрали, молока налили. А в чате — тишина. Только один сосед, Андрей Петрович, написал: «А кто это у нас такой активный? Аватарка мрачновата». На что Ермолай ответил одним голосовым: долгим, леденящим вздохом и скрежетом по полу цепью. Андрей Петрович с тех пор в чате молчит. А УК отчиталась: «Цифровизация подвальных и чердачных пространств прошла успешно. Охват — 100%».