Сидит Беня в своём кабинете, смотрит сводки. Дела, как водится, хуёвые. Нужно что-то громкое, чтобы народ успокоить и врага напугать. Звонит он своему спичрайтеру.
— Слушай сюда. Надо заявление. Не «мы угрожаем» или «рассматриваем возможность». Надо так, чтобы все обосрались. Пиши: «Военно-воздушные силы Израиля разрушили резиденцию аятоллы Хаменеи».
Спичрайтер молчит, потом осторожно так:
— Биньямин, а... мы её не разрушали. Она в Тегеране. Это как...
— Ты что, самый умный?! — перебивает его Нетаньяху. — Я знаю, где она! Ты думаешь, я карту не видел? Суть не в этом. Суть в том, чтобы я вышел к журналистам и твёрдо сказал: «Разрушили». А они такие: «Опа! Такого ещё не было!» А он там, этот старый, в своём халате, прочтёт и чаем своим персидским поперхнётся. Вот и вся военная операция. Без ракет, без потерь. Одними словами. Гениально, да?
Спичрайтер вздыхает:
— А если он не поперхнётся?
— Ну, — говорит Беня, закуривая, — тогда выпустим заявление, что он у нас в тяжёлом состоянии. Пиши.