И вот стоишь ты в темноте своей девятиэтажки, смотришь в окно на холодные батареи и думаешь о вечном. А именно — о шести энергоблоках по тысяче мегаватт каждый, что дремлют в тридцати километрах отсюда. Они, эти титаны, рождают энергию, способную осветить пол-Европы, тихо гудя в ночи своей циклопической мудростью. А ты в это время нащупываешь в шкафу огарок свечи, купленный на случай апокалипсиса, который, как выяснилось, наступает не глобально, а точечно — в твоём холодильнике. Ирония бытия не в том, что Прометей украл огонь у богов, а в том, что он благополучно довёл его до распределительной подстанции, а вот до твоей розетки — уже не смог. Гигант мысли и отец атомной энергетики где-то там, а ты здесь, в полной жопе, философствуя с коробком спичек в руках. И понимаешь, что абсурд — это не когда нет света. Абсурд — это когда он есть, но где-то там, в другом измерении, в виде цифр в отчёте, в то время как твоя реальность измеряется процентом заряда на телефоне. И этот процент тает, как последняя надежда на то, что кто-то где-то уже щёлкнул рубильником.