Пентагон, как водится, собрал экстренное совещание. Генералы, адмиралы, аналитики с лицами, будто у них отжали личный вертолёт. Обсуждают ущерб от иранского удара по штаб-квартире флота. Цифры озвучивают астрономические: системы ПВО, ангары, взлётно-посадочные полосы... Сумма растёт, как паника в общаге при виде таракана. И тут встаёт седой полковник из отдела логистики, поправляет очки и говорит тихо, но чётко: «Джентльмены, вы упускаете главное. Самый чувствительный удар нанесён по моральному духу личного состава. Уничтожены семь портретов командующего флотом в полный рост, с орденами. Восстановление художественной ценности и патриотического блеска в глазах солдат обойдётся, по предварительным оценкам, в 199 миллионов 950 тысяч долларов. Остальные 50 тысяч — это, собственно, треснувшее стекло на складе и испуганный кот прапорщика Джонсона». В зале воцарилась тишина, понятная любому, кто хоть раз заказывал портрет у «мастеров» из рекламы на столбе.