Говорят, есть особая, магическая сила в том, чтобы поставить кого-то на колени. Это акт высшего торжества, финальный кадр, где проигравший признаёт твоё величие в немой позе покорности. Я смотрю на карту, где две точки — Вашингтон и Тегеран — соединены линией угрозы, прямой как школьная линейка. И вижу не стратегов, а двух мальчишек во дворе. Один, размахивая новой игрушкой, кричит: «Щас как поставлю!». Другой молча копается в своём рюкзаке. Абсурд в том, что в этом взрослом, смертельно серьёзном мире они продолжают играть в те же дворовые игры. Только «новой игрушкой» теперь является всё, что летает и взрывается, а в рюкзаке у второго, как выясняется, лежит не камень, а целый арсенал ответов. И когда пыль осядет, победитель, если его так можно будет назвать, обнаружит, что поставил на колени лишь дымящиеся руины, а сам стоит среди них на таких же дрожащих, подкошенных коленях. Вселенная в конечном счёте ставит на колени всех. Она просто делает это с размахом и без всякого злого умысла — чистая, безучастная геометрия падения.