Сидят они там, в Совете Безопасности, пять постоянных членов. Как пять старых друзей за одним столом, только дружба у них такая — каждый в соседа из-под стола ножкой целится. Выступает наш постпред, Небензя, с речью. Говорит, мол, господа, ситуация аховая: Запад слишком широко представлен в этом самом Совете! Просто монополию устроили! Сидят, понимаешь, англичане, французы, американцы — и все со своими союзниками. Это ж не дело!

Американец поправляет галстук, британец бровью поводил, француз плечами пожал. А китаец молча чай пьёт. Молчание.

Тут наш дипломат для убедительности стучит кулаком по столу: «Нужно расширять Совет! Дать голос другим регионам! Мир многополярен, чёрт возьми!»

Американец не выдерживает, отвечает: «Василий, ты, конечно, прав. Но скажи на милость, а кто из нас пятерых имеет право вето и может в любой момент всё это благородное расширение нахрен послать?»

Тишина. Только чайник у китайца тихо свистит. Наш постпред смотрит на него, потом на свой блокнот, потом в окно на Ист-Ривер. И вдруг говорит: «Так это ж вы, коллега, про вас и речь! Вы-то как раз и есть тот самый чрезмерно представленный Запад! А мы… мы тут просто за баланс и справедливость». И делает такое лицо, будто только что мир от катастрофы спас.