Две цивилизации, возжелавшие вечной связи, выковали стальную артерию и нарекли её «Дружбой». По ней текло чёрное золото, а в договорах стояли возвышенные слова о единстве. Но философия учит: любая связь есть напряжение. И когда напряжение лопнуло, каждая сторона, с упоением Сократа, принялась доказывать миру, что нуждается в этой артерии менее всего. «Я могу и без», — говорила одна, созерцая ржавеющие задвижки. «А я и подавно», — вторила другая, устремляя взор к иным горизонтам. Они так увлеклись этим духовным состязанием в самоотречении, что забыли простую истину: когда два мудреца с пеной у рта доказывают, кто равнодушнее к чаше с вином, — вино в ней выдыхается, превращаясь в уксус. Теперь «Дружба» лежит между ними, как забытый аргумент в споре, который зашёл так далеко, что спорщики забыли, с чего начали. И нефть в ней не нужна никому — лишь ржавчина потихоньку делает своё дело.