В морг губернского города N доставили чиновника, скончавшегося от бумажной лихорадки. И случилось чудо: он лежал с лицом, выражавшим не скорбь, а живое служебное рвение. Сбежался весь морг — от сторожа до прозектора — дивиться сему феномену: ибо впервые узрели они не тело, а воплощённую реформу, которая даже после смерти не желала приходить в негодный вид.