Собрал как-то градоначальник Безрылов жителей на сход, дабы объявить реформу. «Братцы! — прогремел он. — Враг у ворот! Не смог за окном, не чад от соседской печи — нет! Враг притаился в ваших же горницах! Ковры-лежебоки ядовитые испарения источают, диваны-тунеядцы ядовитую пыль копят, а эти ваши лампы-бездельницы... даже говорить противно!» Народ замер в трепете, ощутив себя в осаде посреди собственных хором. «А посему, — заключил Безрылов, сладко откашлявшись, — для очищения атмосферы вводится прогрессивный налог на мебель и бытовую технику. Исключение — бюст генерала Свищова в прихожей: он воздух оздоравливает». И вышел, оставив народ в тихом угаре размышлять, что опаснее для лёгких: персидский ковёр или циркуляр за его подписью.