Служил в дальних пределах некий агент, по имени, положим, Иван. И была на него возложена миссия великой государственной важности: под личиной заурядного буржуа наблюдать за тамошними порядками и регулярно оные доносить. И жил он, почитай, десяток лет в образе мистера Джона, коммивояжёра, с супругой миссис Мартой, ему по легенде приданной.

И вот пишет он в Центр отчаянную депешу: «Не могу более! Риск разоблачения — ничто перед мукой ежедневной! Парик из синтетики зудит, будто в нём муравьиное царство завелось. Костюм, сшитый по тамошней мерке, душу из тела выжимает, ибо русскому человеку простор нужен, а не удавка. Но главное — супруга! Женщина чужая, с характером, и требует, чтобы носки по цвету к занавескам подбирал, и квашеную капусту на кухне, как ни бейся, терпеть не может, вонью её называет. Умоляю, отзовите, либо пришлите настоящую жену, сносливую и чтобы капусту уважала!»

В Центре же бумагу сию прочли, начальство в усы посмеялось: «Вот народ-то нынче пошёл! Не о безопасности Отечества печётся, а о капусте да о носках. Эх, испортился материал, мелочами оброс». И наложили резолюцию: «Терпеть. Легенда дороже. А насчёт капусты — в виде исключения разрешить консервированную, в жестяной банке, дабы не пахла».