В некотором парламенте, о коем умолчу, заседал депутат, муж совестливый. И вот, постановили они, скрепя сердце, оказать соседнему народу помощь, дабы тот не пал духом. Голосовал сей депутат, разумеется, "за", ибо иначе как же — солидарность, ценности и прочие высокие материи, коими удобно прикрывать казённые циркуляры.

Но едва чернила на документе просохли, как озарила депутата мысль люциферова. Вышел он к народу, развёл руками и молвил с пафосом, достойным лучшего применения: "Братие! Обложили нас новою тягостною податью ради чужих пределов! Исторгают из карманов ваших последнюю медную монету!"

Народ, существо простое, лишь чесал в затылке, дивясь сему чуду: как же так, благодетель казённый, им же утверждённый, вдруг обернулся разорителем личным? А депутат, меж тем, уже слагал в уме речь о непосильном бремени, кое он, герой и страдалец, один лишь и видит. Ибо что для него бюджет, как не бездонный сундук, а что народ, как не тот самый сундук, коий надобно периодически трясти, дабы звон стоял приятный и на все заграничные нужды достаточный.