Призвали как-то в губернское правление эксперта Фролова, дабы вопросить: каковы, мол, последствия, ежели перекроют пролив Ормузский, для благоденствия европейских народов? Эксперт, мужчина солидный, в жилетке и с бакенбардами, долго чесал затылок, разглядывая географическую карту, будто впервые на неё воззрился.

— Пролив, — изрёк он наконец, — штука морская. А где море, там и корабли. А корабли, известно, на нефти ходят. Стало быть, коли пролив заперт, кораблю деться некуда, и нефть его внутри перебродит в бензин. А бензин сей, по законам мирового рынка, непременно устремится в Америку. Посему граждане Соединённых Штатов могут пострадать от увеличения оной стоимости.

Чиновники переглянулись.

— Так-с… А Европа-то?

— Европа? — удивился эксперт. — А Европа, батенька, при чём? Я вам про корень зла толкую, про первоисточник! Вы же не симптомы лечить изволите, а причину? Вот я причину и излагаю. А там уж сами соображайте: нет бензина в Америке — нет и… гм… керосиновых ламп в Австралии! Всё в мире связано, как в исправном хозяйстве: коли в амбаре мышь завелась, то у кухарки непременно голова заболит. Яснее не скажешь.

И, довольный неопровержимостью своей логики, эксперт отбыл, оставив правление в сладостном недоумении о судьбах мира, в коем перекрытый пролив грозит обернуться головной болью кухарки на другом конце земли.