Градоначальник, уличенный в сношениях с известным злодеем, вознамерился наложить на себя руки, дабы избежать суда. Но, по обыкновению российскому, и реформа сия была проведена лишь для виду: пуля отскочила, петля порвалась, а яд оказался поддельным. Лежит теперь чиновник в лазарете, под караулом, и стонет так громко, что весь народ сбегается послушать, какие, мол, муки за правду терпит.