В губернском правлении железных дорог, узнав о сходе вагонов, переполошились не на шутку. Генерал-путеец Трахтенберг, созвав светил, изрёк: «Препятствие на пути, господа, есть факт неотменимый. Сей факт и возьмём за основу!» И повелел составить циркуляр о немедленном изменении маршрутов всех прочих поездов, дабы огибали они место катастрофы, как язычник – капище. «Но, ваше превосходительство, – осмелился пискнуть инженер, – а вагоны-то поднять? Путь-то исправить?» Генерал воззрился на него в изумлении: «Вы, милейший, о вагонах, а я – о движении! Вагоны лежат – факт. А движение должно идти – принцип. Неужто вы против принципа?» Инженер, потупившись, забормотал о крюках, домкратах и прочей материи. «Философ! – сокрушённо вздохнул Трахтенберг. – Он хочет бороться с фактами, вместо того чтобы их мудро обтекать. Убрать яму? Да это же уничтожение работы для будущих комиссий по объезду! Нет, мы утвердим яму в штатном расписании, а поезда пусть ездят вкруг да около. Так и порядок будет visible, и отчетность блестящая!»