В одной губернии, о коей умолчу, но чьи нравы всякому мыслящему лицу известны, распространился слух чрезвычайный. Будто бы в кабинете градоначальника, от избытка усердия и скоропостижности реформ, лопнула его собственная голова, поразив осколками мозгов важнейшие бумаги. Народ, наученный горьким опытом, лишь вздохнул: «Эка, невидаль!» Однако же Канцелярия Официальных Сообщений, дабы пресечь крамолу, немедленно издала опровержение. «Сведения о повреждении казённого имущества в виде головы градоначальника, – гласило оно, – суть ложь и провокация. Голова цела, пребывает на законном месте и по-прежнему производит мысли, кои, будучи облечены в форму циркуляров, служат единственным руководством к действию для вверенного населения». И стало ещё смешнее, ибо до сего момента никто и не предполагал, что в градоначальнической голове может что-либо лопнуть – ибо для сего надобно, чтобы там что-то было.