В некоем граде, коему имя Портсмут, процветал дом увеселений «Трепет и Восторг», коим владел откупщик Трахтенберг, муж, почитавший себя столпом общественной нравственности и благолепия. И взмолился сей Трахтенберг на газетных листах, сетуя на оскудение карманов посетительских. «Не в коня, – вопиял он, – корм! Приходят субъекты, глазеют на искусство пластических изгибов, а внести лепту за сие эстетическое наслаждение – скупердяйствуют! И где же, спрашивается, священное право предпринимателя на барыш?» И долго ещё разглагольствовал он о кризисе, коий покушается даже на святая святых – на человеческую слабость, кою призваны ублажать за звонкую монету. А простой народ, прочитав сии жалобы, лишь чесал в затылке, размышляя: когда уж сам продавец ветра жалуется, что у покупателей мехи дырявы, стало быть, дела в империи и впрямь обстоят хуже некуда.