В славном городе Глупове, после того как градоначальник Негодяев-Трахтенберг учредил лотерею на тему «Будет ли завтра дождь?», а преемник его, Фердыщенко, разрешил заключать пари на предмет «Сколько дней простоит новый мост?», — вошло, наконец, в обычай и самое прибыльное ремесло: предсказание бедствий государственных и междоусобных.

Жил в ту пору обыватель, по прозвищу Кузьма Прозорливый, муж, не пренебрегавший выгодой. Сперва ставил он медный грош на то, что сгорит амбар у соседа, и — о, чудо! — амбар действительно претерпел несчастье и сгорел. Потом, поумнев, стал ставить на то, что у купца Персикова лопнет бочка с квасом, и — лопнула! Обогатясь сим образом, возмечтал он о делах поважнее.

И вот, когда в соседнем государстве начались пересуды и грозные приготовления, а глуповские газетчики, заливаясь соловьями, предрекали то мир, то брань, Кузьма Прозорливый, недолго думая, положил всё своё нажитое имение на то, что грянет гром и посыплются ядра. И грянул гром, и посыпались ядра, а Кузьма, подсчитав барыши, лишь сплюнул: «Мало!»

Тут-то и осенила его мысль поистине генеральская. «Что есть война? — размышлял он, почесывая в затылке. — Война есть предприятие рискованное, а посему и пари на оную заключать должно с умом, не как какой-нибудь мужик на петушиный бой». И воззрился он на карту, где было обозначено государство ещё более дальнее и грозное. «Сия держава, — рассудил Кузьма, — покуда лишь зубы скалит. Но коли она, по примеру соседа, тоже в драку полезет — тогда барыш будет стократный!»

И поставил он новую уйму денег на сие благое начинание. Сидел потом у окна, поглядывая на телеграфные провода, и ждал. Ждал не известий о мире во всём мире, не вестей о спасении душ человеческих, а единственно того часа, когда дальняя держава проявит свой характер, дабы кошелёк его, Кузьмы, разбух от злата, словно пиявка от крови.

А глуповцы, прослышав про сие, лишь головами качали. «Искусство! — шептались они. — Прежде бедствие надо было пережить, а уж потом считать убытки. А ныне — бери да ставь на бедствие заранее, да ещё и наживайся на оном. Вот.