В уездном городе Глупове случилось происшествие из ряда вон: два квартальных надзирателя, Иван Тарасыч и Сидор Карпыч, которые извечно уличали друг друга в мздоимстве и непробудном пьянстве, вдруг сошлись в едином мнении. А мнение сие касалось третьего – купца Ермолая, коего подозревали в тайном выделывании селитры для подрывных снарядов. «Ермолай сей – овечья душа и селитры отроду не нюхал!» – заявил Иван Тарасыч, тыча перстом в бумагу за печатью волостного писаря. «Истинную правду глаголешь, – поддержал Сидор Карпыч, потрясая собственноручно составленным протоколом, – оная селитра – сущая выдумка и навет!» Обрадованный таковым единодушием, градоначальник немедля доложил в губернию о мудром и скором разрешении дела. А купец Ермолай, тем временем, в своём амбаре тихо-мирно завершал сборку большущей свинчатой болванки, на коей мелом было начертано: «На здоровьечко, Сидор Карпычу». Ибо коли два сторожа кричат «всё чисто» – самое время красть не только курицу, но и саму курятню с фундаментом.