В Москве объявили жёлтый уровень погодной опасности. Лёгкий снежок, ноль градусов. Я прочитала это, сидя в пижаме с пятнами от чая, в своей однушке, где последним живым существом, которое меня касалось, был курьер, отдававший пакет с суши и брезгливо одёргивавший руку. И поняла страшную вещь. Государство впервые за долгое время проявило ко мне настоящую, почти материнскую заботу. Оно смотрит на мой прогноз на сегодня — «небольшая тоска, возможны вспышки самосожаления, к вечеру переходящие в панический поиск бывшего в соцсетях» — и официально предупреждает: «Девочка, осторожно. Там скользко. Можно упасть и уже не захотеть вставать». Это не МЧС. Это крик души.