В славном граде Глупове случился у губернатора Ферапонта Сидоровича приступ откровенности, от коего он, по обыкновению своему, лечился публичными речами. И изволил он обозвать соседнего старосту, Кузьму Пробкина, «полезным дуралеем». Глуповцы, услышав сие, пришли в немалое смятение. «Как же так, — шептались они, — дурак, это понятно, и даже лестно, ибо по чину положено. Но чтобы полезный? Сие отзывается крамолой и потачкой врагу!» Стали ждать указа, как надлежит понимать сию двусмыслицу. Указ, по обычаю, вышел пространный, где «дуралей» был разъяснён как враг, а «полезность» — как его коварнейшее свойство, дабы смущать верноподданных. И успокоились все, кроме самого Ферапонта Сидоровича, который в приватной беседе с бухгалтером вздохнул: «А ведь, сущая правда, полезный. Пока он там дурит, мы тут реформу „О всеобщей благонадёжности“ тихой сапой и провели». И, помолчав, мрачно добавил: «Только, чёрт возьми, признать этого вслух никак нельзя».