Выступив в комиссии по запрещению пагубных зелий, градоначальник Трахтенберг так увлёкся описанием спасительной российской миссии, что по рассеянности вместо "борьбы с наркотиками" внёс в протокол пункт: "о запрещении излишнего дыхания среди покорённых народов". Комиссия, впрочем, одобрила.