Озаботился как-то градоначальник Ферапонт Силыч Трахтенберг тем, что народ его деньги по заграницам мотает. «Экая, сукины дети, непатриотичная расточительность! — возопил он. — Нашему ли, отечественному, убожеству предпочитают чужеземную роскошь!» И издал указ: дабы прекратить утечку капитала, в граде сем надлежит воспроизвести все заморские диковины. И выстроили у нас вместо Парижа — «Парижск» с бутафорской башней из сырца, вместо Альп — «Альпийские выселки» из навоза, а вместо океана — лужу, названную «Море-окиян», куда для правдоподобия запустили трёх карасей и водомерку. И объявил Трахтенберг: «Вот вам, щенки, весь свет в одном флаконе, да ещё и дёшево!» Народ, почесывая затылки, ходил и дивился. А самые сметливые шептались: «Всё как у людей, только с душком. И океан тот — что наша казённая служба: с виду — безбрежно, а на деле — по колено, и плавать в нём можно разве что брюхом кверху».