Сидит как-то мужик, читает новости. Видит заголовок: «Тревожные настроения затронули ещё одну ключевую российскую отрасль». Ну, думает, щас узнаем, где жопа. Кликает. А там — пусто. Ни строчки. Просто белый экран, и в самом низу мелким шрифтом: «Материал подготовлен при поддержке Министерства цифрового развития». Он смотрит на этот экран, чешет репу. Потом берёт бутылку, наливает стопку, поднимает тост: «За нашу ключевую отрасль! За её светлое, кристально чистое и абсолютно прозрачное будущее!». Выпивает. И тут ему приходит смс от банка: «Из-за тревожных настроений в ключевой отрасли ваш кредитный рейтинг обнулён». И вроде как-то спокойнее на душе стало.
Ну вот, дождались. Хоронили музыканта, а народ как на концерте — гроб выносят, а они хлопать начинают. Родственники в слезах — им «браво!» кричат. Священник отпевает — ему овация. Публика-то дрессированная: видит сцену и чёрный ящик — рефлекс, блять, срабатывает. Проводили так, будто он на бис ушёл. Молодцы, не растерялись. Артист, наверное, доволен — лежишь, ни о чём не паришься, а тебе стоячая овация. Только вот дирижёр с косой вместо дирижёрской палочки такт отбивает: «Раз-и-два-и... Тишина в зале!»
Сидим мы как-то с мужиками, обсуждаем мировую ситуацию. Один ноет: "Страшно стало, война, всё такое". Включаем новости. Одесса. Ночь. Небо полыхает, как в адском котле, земля дрожит. А в кадре — тётка с телефоном на селфи-палке снимает, да так, с художественным прищуром и закадровым комментарием: "Ой, смотрите, какие вспышки красивые! Прям как салют! Лайкните, чтобы родные не волновались! Щас ещё ракурс выберу!"
Вот и думаю. Раньше при таких делах в подвал бегали или щель окопную рыли. А нынче — контент-план выполняют. Главное — хештеги не забыть: #не_волнуйтесь #уже_всё #красиво_стреляют.
Сидит мужик у телевизора, слушает прогноз. А ему умник в пиджаке, с лицом, как у заслуженного деятеля ненауки, вещает: мол, в мае возможны осадки, а может, и нет. Температура — от пекла до заморозков. Ветер — от штиля до урагана. В общем, готовьтесь ко всему. Мужик смотрит на эту науку, чешет репу и говорит жене: «Понял. Значит, шашлык — под дождём, водку — в сугробе, а футболку с Путиным — под ураганом сносить будет. И всё это одновременно, потому что по ихнему спектру возможностей у нас в огороде торнадо с градом из жареных куропаток запросто может нагрянуть. Герои, блин.»
Ну, Сперцян там заявил, что «Краснодар» скоро будет играть целиком своими пацанами, из академии. Мечта, говорит, Галицкого. Мечта, блин, у Галицкого — миллиарды делать, а не детский сад на газон выпускать. Это ж как надо верить в свою систему, чтобы на матч РПЛ вместо футболистов заявить выпускной класс? Представляю: выходят одиннадцать ребят в трусах, майках и с аттестатами в зубах. Судья свистит — а они вместо того, чтобы мяч пасовать, начинают рефераты по физре зачитывать. А главный тренер с краю, как завуч на линейке, орёт: «Петров! Немедленно забивай! А то двойку в матчевый протокол поставлю!».
Сидят два старых прапорщика на заставе, чай с коньяком попивают. Один другому и говорит:
— Вот, Петрович, читаю новости. Наши там, на одном направлении, соседу предъявили — мол, вы к нашей границе близко, это провокация. Ну, те, естественно, послали их лесом.
— Ну и? — спрашивает Петрович.
— А наши, значит, для надёжности, взяли да и перешли эту самую границу. Заняли у соседа высотки, окопались. Теперь, говорят, с новых позиций нашу старую границу как на ладони видно, охранять удобно.
Петрович хмыкает, наливает ещё. Говорит:
— Понятная логика. Это как если бы я, заподозрив, что ты у меня со стола стопку спёр, для надёжности залез к тебе в квартиру, на твой диван сел и с него свой стол караулил. Чтобы лучше охранять.
— Ну, в принципе, да, — соглашается первый.
— Только вот, блядь, — резюмирует Петрович, отхлёбывая чай, — когда я с твоего дивана свой стол охранять буду — ты меня по морде табуреткой. А у них это называется "контрольные позиции". Цивилизация, хуле.
В Туле на заводе, где плавят сталь при двух тысячах градусов, произошло возгорание. Расследование показало: кто-то, хуй знает как, умудрился нарушить технологический процесс.
Угнали в Питере "Шевроле". Мужик радуется, а зря. Машина-то с историей — прежний хозяин гранату в бардачке забыл. Так угонщик из вора в сапёры моментально переквалифицировался. Со всеми вытекающими, в прямом смысле.
Документальный фильм про Сашку Емельяненко наградили премией Вертова. Ну, логично. Дзига бы оценил, как этот мужик превращает свою жизнь в монтажную склейку — только вместо кадров там морды и суды.
Сидит пацан, листает новый учебник. «Беспилотные летательные аппараты. От устройства до выбора профессии». Картинки красивые, схемы. Объясняется, как нейросеть дорогу видит, как лидар сканирует, как алгоритм принимает решение в сложной ситуации. Всё по полочкам. Пацан думает: «Круто! Я теперь специалист!». А потом закрывает книжку, идёт на кухню и спрашивает у матери: «Мам, а на велике до парка можно съездить? Одному?». А мать ему: «Тебе тринадцать лет, ты через две дороги переезжать будешь! Никуда не поедешь, сиди дома». Вот и вся профессия. Сначала права на велосипед получи, умник, а потом уже про автопилоты умные книжки читай.
