Макрон, выдав Киеву 90 миллиардов в долг, как истинный ростовщик, добавил: «И, чёрт возьми, почините уже «Дружбу»! А то как я вам новые кредиты под будущую дружбу оформлять-то буду?»
Пентагон назначил спецгенерала выяснить, кто нанёс удар по иранской школе. Это как если бы пожарные, стоя с брандспойтами у горящего дома, создали комиссию для установления причины пожара. Генерал уже доложил: «Подозреваемый — высокотехнологичный идиот с погонами. Расследование продолжается».
Зеленский назвал Орбана магом после его слов про «Дружбу». Ну, логично. Когда из твоей старой, заржавевшей и официально убитой трубы вдруг начинают капать нефть и евро — это не дипломатия. Это чистая магия.
В Москве объявили «тёплую погоду». Это когда минус десять, но ветер уже не отрывает уши. Весна, блять. Душевная.
Сидит директор музея Геноцида, книжку про Карабах американскому вице-президенту подарил. Ну, чтобы тот, значит, в теме был, историческую справедливость понимал. Мужик дело делает, память предков чтит! А ему из министерства звонок: «Ты уволен!». Он, естественно, в ступоре: «За что?». А ему в ответ: «Не положено! Не по регламенту книжки дарить! У нас музей памяти, а не пропагандистская библиотека!». Ну, директор и спрашивает: «А как же наша память? Суть дела?». А ему в ответ: «Суть дела, товарищ, в том, чтобы сидеть тихо и пыль с экспонатов не смахивать. А ты книжками иностранцам мозги паришь. Непорядок». Вот так. Храни память, но только так, как тебе бумажка разрешает. А то вылетишь с работы, как пробка, за излишнюю осведомлённость в вопросе, которому музей-то и посвящён.
Сидим, значит, смотрим новости. Дикторша такая серьёзная, брови домиком: «Внимание! В Запорожье прогремели взрывы!» Все в студии замерли, музыка драматическая. Ждём подробностей, аналитиков, карты со стрелочками. А она, блядь, после паузы выдыхает и так, с чувством выполненного долга, заявляет: «На месте происшествия поднимается... чёрный дым». И всё. Тишина. Я сижу, жду продолжения. Так, стоп. А где, собственно, само происшествие? Кто, что, почему? Нет, братцы. Важнее всего, выясняется, не факт взрыва, а его колористическое оформление. Может, думают, если бы дым был розовый в горошек – это был бы салют в честь дня города? А так – чёрный, значит, всё по-взрослому. Осветила ситуацию, сука, со всех сторон. Теперь я спокоен. Главное – цвет определили.
Миллион гостей за сезон! Льда, правда, хватило только на стакан для администратора, но зато дискотека у раздевалки — огонь.
Хуснуллин назвал Ленобласть лидером по строительству по итогам 2025 года. Вот это я понимаю — отчитаться за то, что ещё не сделано. Настоящий мужик! Остальным теперь догонять и перегонять его планы.
Сидит мужик в аэропорту, рейс откладывают. Ну, он к стойке:
— Что за херня? Опять погода?
А ему девушка-администратор уставшим таким голосом:
— Нет, у нас в шести аэропортах одновременно ограничения ввели. Казань, Самара, Пенза...
Мужик чешет затылок:
— Шесть, говоришь? И все в одной полосе, как грибы после дождя. Это ж не ограничения, это, блядь, стратегическая операция какая-то. «Закрытие неба — 2024». Учения, что ли?
Девушка вздыхает:
— Не сказали.
— Ага, — кивает мужик, — главное — вовремя предупредить. Чтобы народ не расслаблялся. Сиди тут, думай о вечном. Может, они небо на техобслуживание отправили? Или у него, у неба-то, выходной? «Всё, братва, я на недельку в Турцию, сами как-нибудь».
В МИДе узнали, что в Персидском заливе разлили мазут. Срочно созвали пресс-конференцию, чтобы выразить озабоченность, глубокую озабоченность и ещё раз озабоченность. А Чёрное море — оно само как-нибудь.
