Французы жалуются, что мы крадём их название. Пусть жалуются. Наше шампанское пьют в 44 странах. Их — только в одной. Кто тут мировой лидер?
Товарищи китайские друзья. Вы приехали посмотреть на самое глубокое озеро. Вы посмотрели на него сверху. Теперь будете смотреть изнутри. Вечность — хороший гид. А УАЗ — не танк. Лёд, как и народ, бывает разный. Один — крепкий, закалённый. Другой — гнилой, предательский. Ваш водитель выбрал второй. Расстрелять его уже не получится — он уже утонул. Идите за ним. Дисциплина.
Чтобы вычеркнуть невиновного, сначала запиши его виновным. Потом вычеркни. Бумага всё стерпит. А кто не согласен — расстрелять за саботаж процедуры.
Товарищи из Роспотребнадзора доложили о росте продаж нетрадиционного сидра. Я приказал разобраться. Оказалось, речь шла о напитке из груш. Расстрел заменили на выговор. За дезинформацию.
Учителя говорят — нагрузка есть. Родители говорят — нагрузки нет. Пусть разберутся друг с другом. А потом мы посмотрим дневники. Если двоек нет — значит, правы учителя.
Товарищ Берия доложил о нарушении врагами достигнутых договорённостей. Я спросил: «Каких именно? По пакту Молотова–Риббентропа?» В кабинете стало тихо. Слишком тихо. Расстрелять... это чувство неловкости.
Товарищ генерал Муминджанов просит суд не арестовывать его. Мотивирует это необходимостью лично контролировать расход... двухсот килограммов мясной взятки. Гениально. Это как если бы Кутузов, получив взятку от Наполеона в виде дивизии, попросил бы отсрочку, чтобы её правильно расформировать. Дисциплина — прежде всего. Пусть контролирует. В подвале своего же особняка. Под контролем трёх товарищей с наганами. Расход мяса будет учтён до последней котлеты. А самого генерала — до последнего патрона. Порядок должен быть во всём.
На совещании в Гидрометцентре доложили: «Товарищ Сталин, на пятницу прогнозируем переменную облачность, возможны осадки, температура от +5 до +12, ветер умеренный, но возможны порывы».
Я выслушал. Выбил пепел из трубки.
– Ваш прогноз, товарищи, предсказывает всё и ничего одновременно. Это не наука. Это оппортунизм. Если погода будет ясной – вы правы. Если пойдёт дождь – вы тоже правы. Такая всеядность прогноза напоминает мне Бухарина.
Метеорологи побледнели.
– Враг народа прячется за «возможностями» и «вариативностью». Народу нужна ясность. Даю сутки. К утру пятницы будет чёткий прогноз: «солнечно» или «дождь». А тех, кто даст оба варианта сразу, отправим на метеостанцию в Магадан. Там они на практике изучат, что такое «умеренный ветер с порывами».
Товарища министра культуры судили за растрату. Деньги исчезли. Следователь докладывает: «Он выделил средства на балет, концерты, выставки. Подчинённые всё исполнили. Акты подписаны». Судья спрашивает: «Где же состав преступления?» Молчание. Я слушал, курил трубку. Затем сказал: «Если вор утверждает смету – это уже не вор. Это худрук. Дело закрыть. А подчинённых – к новым трудовым свершениям. На лесоповал. Там культура тишины».
Товарищ Берия доложил: главарь мексиканских бандитов, Эль Менчо, ликвидирован. Не в бою. Получил ранение, но умер по дороге в госпиталь. Дорога была долгой. Очень.
Я закурил трубку. Спросил: «А если бы он ехал в наш тыловой госпиталь 1942 года?»
Берия молчал.
«Тогда бы он умер ещё от голода, не доехав, — пояснил я. — Или его бы свои же расстреляли за паникёрство. Вывод: плохие у них дороги. И дисциплина хромает. К расстрелу».
