Моя подруга заявила, что она — самодостаточная женщина. Полная независимость! Правда, когда у неё сломался кран, она три дня звонила бывшему. Когда надо было вбить гвоздь — написала тому, с кем «просто дружит». А когда накрыла тоска в три ночи, она, такая независимая, разбудила меня. И я, такая же независимая, взяла трубку. Мы все тут, блядь, как Евросоюз: гордо декларируем суверенитет, а в дождь тут же ищем, у кого зонтик одолжить. Только наш «зонтик безопасности» — это обычно мужик с гаечным ключом или терпением слушать про её бывшего.
Сидел я вчера, понимаешь, смотрю на эту пачку «Драконьего огня». На ней такой красивый мультяшный дракончик улыбается. И думаю: «А что, собственно, мне терять? Сердце уже разбито, планы на вечер отменены, так хость желудок пострадает за компанию».
Залил кипятком, жду три минуты, как в инструкции. Открываю. Запах... запах химической атаки и несбывшихся надежд. Первая ложка — и я чувствую, как мой пищевод подаёт заявление об уходе. Вторая — начинается внутренний фестиваль «Горящая пустота».
И вот сижу я, весь в слезах и соплях, лицо красное, как флаг. И осознаю гениальность маркетологов. Они же не просто острую лапшу продают. Они продают тебе яркие эмоции, когда других эмоций в твоей жизни не предвидится. Одиночество? Тоска? Невыносимая легкость бытия? Залей кипятком, подожди, и вот тебе — настоящая, осязаемая, жгучая боль. Со вкусом усилителя.
А дракончик на пачке, блин, так и ухмыляется. Он-то знал, на что я подписывался. Не на ужин. На сеанс одновременной терапии и членовредительства. И знаете что? Иногда это единственный партнёр, который гарантированно заставит тебя что-то почувствовать. Даже если это будет чувство глубокого сожаления и изжога до утра.
Мой бывший тоже требовал «цифрового прорыва» в отношениях. А я до сих пор не могу через «Госуслуги» вернуть ему его дурацкий свитер.
Моя подруга полгода ждала звонка мужа из армии. Говорит, главное — не сорваться и не упасть в обморок от радости раньше времени. Ну, чтобы, когда он позвонит, упасть эффектно и по-настоящему. Я ей: «Дура, ты полгода не падала, чтобы один раз красиво упасть?» Она: «А ты как думаешь, я все эти полгода на каблуках ходила? Это репетиция, детка!»
Встречаюсь только с теми, кто ко мне сам приедет. Это не внешняя политика, блин, это моя личная жизнь после тридцати.
Читаю, что акции растут на фоне войны — где чужая беда, там чья-то выгода. Прямо как в моей личной жизни: чем хуже дела у подруг с мужьями, тем выше котировки моего вечера с вином и сериалом. Я — Мосбиржа одиночества.
Мой бывший тоже так умел. Стоял в дверях, смотрел, как я в одиночку всю квартиру собираю, и говорил: «Я твоих методов не одобряю». И молча уходил пить кофе.
Сто пятьдесят танкеров встали в очередь, как таксисты перед аварией в тоннеле. Ждут, пока впереди разберутся. Прямо как я в пятницу вечером у входа в переполненный бар: постою, посмотрю на драку у гардероба и решу, что мой одиночный круиз — это тоже неплохой маршрут.
Мой бывший, когда я спросила, почему мы расстались, заявил, что это «в рамках долгосрочной стратегии личностного роста». Я так понимаю, стратегия заключалась в том, чтобы срочно переехать к той рыжей из его йога-студии. Очень дальновидно. А я-то думала, что он просто нашёл того, кто делает «собаку мордой вниз» без звукового сопровождения в виде старческих хрустов. Но нет, это стратегия! Теперь я тоже в рамках стратегического развития: долгосрочно ищу, куда пристроить его старый велосипед, который он «временно» оставил у меня в прихожей три года назад. Развиваюсь, блин, нельзя же стоять на месте.
Смотрю новости: один непредсказуемый лидер в ярости, что другой непредсказуемый лидер поступил непредсказуемо. Прямо как мой бывший, когда я, следуя его же совету «будь самостоятельнее», наконец перестала ему звонить.
