Россиян предупредили о негативных последствиях уборки. Конкретику не сообщают, чтобы не пугать. И это правильно — хуже, чем сама уборка, может быть только мысль о ней.
Объявили воздушную тревогу, велели населению срочно укрыться в убежищах. Население дружно укрылось в убежищах для машин, потому что других-то и нет, блять.
Читаю утреннюю сводку Минобороны: «ВСУ атаковали Белгородскую область. Силами ПВО и армейской авиации вторжение противника отбито, нанесены ответные удары по позициям ВСУ на территории Украины».
Сижу, чешу репу. Жена спрашивает: «Чё такой задумчивый?»
«Да вот, — говорю, — пытаюсь понять военную географию новейшего образца. По старой, совковой карте Белгородская область — это Россия. Значит, если её атаковали, то мы на своей земле обороняемся. Логично?»
«Ну, вроде да», — кивает жена.
«А вот хрен там! — продолжаю. — По новой, продвинутой логике получается, что это мы, обороняясь на своей территории, вторглись на территорию Украины, чтобы нанести по ней ответный удар. Украина, выходит, обороняется от нашего вторжения... на нашей же земле! Круг замкнулся, блядь. Гениально. В следующий раз, когда ты меня с дивана прогоняешь, я объявлю, что отбил твою атаку на моё законное место и нанёс ответный удар по кухне, где теперь буду пить твой коньяк. Герой!»
Сидит Володин после отчёта правительства. Вызывает к себе Григоренко. «Дима, – говорит, – подойди-ка. Хочу публично тебя поблагодарить». Тот скромно так: «Да не за что, Вячеслав Викторович, работа обычная». «Как это не за что?! – перебивает Володин. – Ты ж, бл*дь, гениально поработал! Я смотрю в список вопросов от депутатов, который ты мне утром прислал, – и вижу: первый вопрос от Петрова, второй – от Сидорова, третий – от Иванова. Иду по залу, смотрю – сидят они в том же порядке, как в твоём списке! И вопросы задают слово в слово! Это ж надо так поработать, чтобы даже эти, прости господи, депутаты свои три строчки без бумажки не забыли! За одно это тебе орден давать надо. За синхронизацию говорящих голов». Григоренко покраснел от похвалы. Скромность – его конёк.
ФИФА грозит Мексике отстранением. Не за договорняки, а за то, что наши послы честно предупредили: "Ребята, там бандиты стреляют". Вот и вся их футбольная этика — опасность для жизни болельщиков это нарушение, а война картелей — так, местный колорит.
— Товарищ генерал, мы продвинулись на километр вдоль реки!
— Это стратегическое продвижение или вы просто берег обследовать вышли?
Приходит как-то Раймонд Вольдемарович в РАО, стучит по столу бумажкой: «Хочу, — говорит, — свои песни из вашего списка изъять. „Миллион алых роз“, всё такое. Надоело». Сидят там бухгалтерши, сопли жуют. Одна, с синими волосами, так на него смотрит: «Раймонд Вольдемарович, вы что, это невозможно». — «Как это невозможно? Я же автор!» — «А вы, — говорит, — по статье 33, подпункту „Ж“ Положения о внутреннем документообороте, должны заполнить форму 7-Б в трёх экземплярах, заверить у нотариуса, потом подать заявление по форме 12-Г, ждать ответ комиссии не более 90 дней, и если ответ положительный, то...» Паулс перебивает: «Ладно, идите вы на хуй. Оставляйте свои списки». А она ему вдогонку: «Раймонд Вольдемарович, а за прошлый квартал у вас ещё роялти начислено 15 копеек! Вы теперь наш вечный должник!» Вот так маэстро и стал рабом своей же мелодии. Бюрократия, блядь.
На митинге в Айове Трамп заявил, что США выиграли все войны, включая Вьетнам и Афганистан. Толпа замерла. Даже демократы, готовые сожрать его за ложь, впервые задумались: «А может, он просто по-другому считает?»
— У нас нейросети, биометрия, распознавание лиц по 256 точкам... А потом приходит Петрович, который в очках минус семь, и говорит: «Да это ж Васёк с пятого подъезда!» И, блин, он прав.
Вся семья собрала деньги на реабилитацию для сына. В объявлении написали: «Нам нельзя расслабляться». Артемий, десяти лет, прочитал и спросил: «Пап, а когда можно?»
