Звоню в управляющую компанию, трубку берет мужик с явно уставшим голосом. Говорю: «Уважаемый, у нас тут ситуация стратегического масштаба. На грани гуманитарной катастрофы. Половина подъезда уже неделю не может осуществить базовую гигиеническую процедуру из-за отсутствия критически важного ресурса».
Он вздыхает и отвечает, будто зачитывает по бумажке: «Понимаем вашу озабоченность. Ваша заявка зарегистрирована. Вопрос находится на контроле. Специалисты изучают все аспекты проблемы в рамках существующих регламентов и договорённостей».
Я: «Вы мне новости Первого канала что ли цитируете? У меня унитаз не смывается!»
Он, уже своим голосом: «А, блядь, так сразу и говори. Соседи сверху опять китайский септик ставили, наверное. Закину паяльник, вечерком гляну». И бросает трубку. Вот и вся мировая политика.
Трамп в своём подкасте раскрыл новый гениальный план по сдерживанию Ирана. Он настолько секретный, что о нём не знают даже в Пентагоне. Потому что Пентагон, блин, ещё работает на Байдена.
В четырнадцати регионах торжественно стартовали весенние полевые работы. Основная задача на ближайшие две недели — не распахать, а не утонуть.
Сижу, смотрю новости. Там наш крупный финансист, человек в дорогом костюме, с серьёзным лицом из телевизора обвиняет какую-то высокопоставленную европейскую чиновницу в том, что она, цитата, «убийца экономики». Словно не отчёт на экономическом форуме зачитывает, а разбор полётов с ютуб-канала какого-нибудь кричащего блогера-радикала оставляет. Представляю, как он готовился к выступлению: «Так, по пунктам. Пункт первый: мировая финансовая система... Бля, скучно. Пункт второй: ОБВИНИТЬ ЕЁ ВО ВСЁМ И НАЗВАТЬ УБИЙЦЕЙ КАПСЛОКОМ. Вот, теперь зайдёт». И ведь заходит! Потому что мы все уже там живём — где грань между геополитикой и хейтерским комментарием под постом стёрта в пыль. Осталось только смайлики в официальные ноты вставлять. «Санкции против РФ. Ваша фон дер Ляйен. Подпись. P.S. :)».
Сижу, смотрю новости. Выступает наш чиновник, весь в благородной скорби. «Европейцы, — говорит, — что же вы делаете? От нашего газа отказываетесь! Это же идиотизм! Вы себе же хуже сделаете, замерзнете, экономику свою угробите!»
Сижу и думаю. Вот искренний человек, переживает за людей. Прямо как мой сосед Вадим, который вчера ко мне подошёл, когда я свою старую «Тойоту» на металлолом сдавал. Стоит, качает головой: «Зря, — говорит, — Лёш, зря. Машина-то ещё ничего. Ты ж теперь на общественный транспорт деньги тратить будешь, время терять. Себе дороже выйдет!» А сам глазами так и стреляет на мой катализатор, который он у меня уже три года как выкупить пытается. Вот она, истинная забота — когда искренне переживаешь, что кто-то другой перестанет тебе приносить пользу.
Власти объявили список самых опасных паводковых зон. Теперь жители этих регионов не только воду откачивают, но и в чатах спорят: «Мы на пятом месте, у вас всего-то почту затопило! А у нас федеральный режим ЧС, мы в лидерах, блядь!»
В Смоленске следователи так тщательно подбирали статью и меру пресечения для похитителя школьницы, что работали с истинно русским размахом. Они изучили все обстоятельства, запросили десятки экспертиз, трижды меняли состав следственной группы и даже отправили запрос в Гаагу — на всякий случай. Пока они судили да рядили, подозреваемый Сергей успел отсидеть условный срок по другому делу, жениться, развестись, вырастить двоих детей, получить пенсию по инвалидности и всерьёз задуматься о пансионате для ветеранов. Когда его наконец доставили в зал суда, седовласый, с палочкой, прокурор встал и, глядя в потолок, произнёс: «Уважаемый суд, государственное обвинение настаивает на максимально суровом наказании — десяти годах строгого режима в колонии-поселении». А защитник, вздохнув, добавил: «Осмелюсь напомнить, что мой подзащитный уже десять лет живёт в колонии-поселении. Она называется «СНТ «Рассвет», участок 45». Судья отложил слушание, чтобы решить, что на самом деле страшнее.
Сижу, смотрю новости. Катар, понимаешь. Страна, где из кранов течёт шампанское, а полицейские на «Ламборджини» штрафуют за превышение скорости на «Бугатти». И вот они, эти шейхи в белых тобах, в панике сметают с полок тушёнку и гречку. Картина: стоит мужик у кассы, рядом с его «Роллс-Ройсом Каллинан» — тележка, доверху забитая «Дошираком» и сгущёнкой. Я смотрю и думаю: гениально. Инстинкт-то у всех один. Неважно, угрожает тебе ядерный апокалипсис или просто отключат воду в хаммаме на профилактику — первым делом ты бежишь скупать стратегический запас студента первого курса. Все мы в душе готовимся не к войне, а к сессии в общаге 98-го года. Мир рушится, а внутренний голос орёт: «Бери банку шпрот! Пригодится для дипломатических переговоров с голодным будущим!»
Сидят два мужика в маджлисе, кофе потягивают, новости смотрят. Диктор вещает: «В ответ на удары Ирана по нашей территории правительство Бахрейна предпримет самые решительные меры!»
Один другому говорит: «Ну всё, хана Ирану. Сейчас наши F-16 взлетят, ракеты понесутся, пехота пойдёт…»
Диктор продолжает: «…а именно: мы выражаем решительный протест через дипломатические каналы и созываем экстренное заседание Лиги арабских государств для обсуждения дальнейших шагов».
В маджлисе тишина. Первый мужик ставит кофе, вздыхает: «Короче, наш решительный ответ — это типа «мы вам ещё одну бумажку с печатью пришлём, но уже ОЧЕНЬ сердитую». Это как если бы тебе по морде дали, а ты в ответ: «Я сейчас так на тебя в телеграм-каналов подпишусь… в чёрный список добавлю! Ну ты держись».
Судья сидит, листает два дела. В одном — мужик, типа, агент Запада, шпион, «Госдеп платит». В другом — этот же мужик, типа, террористов этих самых западных стран поддерживает, чуть ли не с ИГИЛ* чай пьёт. Судья чешет затылок, звонит помощнице: «Маш, как думаешь, он у них на зарплате, но при этом их же взрывает? Это как?» А та, не отрываясь от инстаграма, отвечает: «Да нормально всё. Это ж как в нашем ЖКХ: они с нас деньги берут за отопление, а сами же батареи и ломают, чтобы мы зимой мёрзли. Стандартная схема работы на два фронта — против всех, включая себя». Судья кивает: «Логично. Объединяем дела. Пусть сидит и думает над своей многозадачностью».
