Сижу, смотрю новости. Показывают, как одна передовая держава, вбухавшая в свою «непобедимую» противоракетную оборону бюджет небольшой галактики, ловит старые иранские дроны сачком, а ракеты — голыми руками. Ну, почти. Картина маслом: триллионы долларов на экране радара мерцают красивыми пикселями, а в небе — дедовский «шахед», тупо пыхтя, как «Запорожец» в горку, прет на Вашингтон. И ведь прет! Система «умная», она его видит, она его опознала, она даже, наверное, отправила ему запрос на дружбу. Но сбить... Тут, видите ли, алгоритм. Он просчитывает траекторию, экономическую целесообразность перехвата, политические риски и мнение сенатского комитета. А дрон тем временем, не заморачиваясь политкорректностью, уже долетел. Вот и вся оборона. Получается, лучшая защита от высоких технологий — низкие технологии, произведённые до эпохи тотальной цифровизации. Как от мышей: можно купить умный дом с датчиками, который будет слать уведомления на телефон: «Обнаружена мышь в кухне! Хотите оформить подписку на услугу «Отлов»?». А можно взять обычную, дедовскую мышеловку. Без подписки.
Включил я, значит, утром новости. Диктор с лицом человека, который только что проглотил лимон, сурово так вещает: "Внимание, срочное сообщение! В результате мощнейшего киберакта полностью уничтожены все данные о..." И тут — тишина. Экран посинел. Я сижу, кофе остывает, и думаю: что же уничтожено-то? Бюджет? Репутация правительства? Рецепт оливье из "Кулинарии" 1953 года? Звоню другу-параноику: "Слышал? Данные уничтожены!" Он, не дослушав, хрипит в трубку: "Какие данные?! Мои фотографии с корпоратива 2019-го?!" Весь день потом ходил по квартире и проверял, не стёрлось ли что-нибудь в собственной голове. А вдруг это и была та самая атака? И самое важное, что мы знали, уже... кхм... как бы это... Ну, вы поняли. В общем, новость-то оказалась пророческой.
Читал я вчера официальное заявление нашего посольства. Цитирую: «Совместные военные учения не направлены против третьих стран и служат исключительно целям стабильности в регионе». Ну, классика. Ставлю чайник, думаю: а ведь эта формулировка — она же универсальная, как проклятие! Подходит к чему угодно. Вот жена с тёщей на кухне картошку чистят, а я им заявляю: «Дорогие, мой поход к холодильнику за пивом не направлен против третьих стран и служит исключительно целям стабильности в регионе кухни». Жена молча швабру в руки взяла. А тёща, та сразу всё поняла, глазами хлопает: «Значит, против внутренних — можно?» Вот вам и вся дипломатия.
Российские туристы на Шри-Ланке, не обнаружив горячей линии по вопросам выживания в раю, создали её сами. Теперь местные жители, услышав «У вас всё плохо? Нажмите единичку», в панике крестятся и бегут от белых людей с телефонами.
Токио заявил о намерении «ослабить Россию». Цель достигнута: первыми ослабли нервы и сфинктеры у самих японцев. Теперь они бегают в туалет от одной мысли о премьере.
Сидим мы как-то с приятелем, обсуждаем мировые новости. Читаю ему: «Посол Ирана заявил, что выборы нового аятоллы ещё идут, есть несколько кандидатов». Приятель хмыкает: «Ну, понятное дело. Собрался у них конклав, кардиналы в дымчатой трубе коптят, ждут, когда святой дух в виде голубя на самого достойного укажет». Я говорю: «Да нет, Вася, ты не въезжаешь! Там не конклав, а, судя по всему, собрание акционеров. "Несколько кандидатов"! Это ж как у нас в ЖЭКе начальника участка выбирали — тоже было несколько кандидатов. Один — боговдохновенный, но с прошлого места ушёл по статье, второй — харизматичный, но в долгах как в шелках, третий — просто племянник крупного аятоллы. И все ждут, пока свыше спустят разнарядку и одобрят лимит штатных единиц. А пока — тимбилдинг в мечети и оценка эффективности по количеству прочитанных молитв. Вот и пойми, где духовный лидер нации, а где просто вакансия "Начальник рая" с испытательным сроком в вечность».
Ну вот, коллеги, собрал я вас на экстренный брифинг. Ситуация, как говорится, накалилась до такой степени, что даже местный хумус начал сворачиваться в комок от предчувствия. Поэтому, в соответствии с протоколом «Быстрый Гусь», настоятельно рекомендую всему персоналу нон грата покинуть гостеприимный Израиль. Маршрут простой, как американская внешняя политика: садимся в такси, едем в аэропорт имени Бен-Гуриона — прекрасное место, кстати, недавно ремонтировали — и берём билет на первый улетающий самолёт. Куда? Да куда угодно, блин! В Непал, в Уругвай, в Антарктиду на худой конец! Главное — чтобы стюардесса улыбалась и в меню был виски. Ваша задача — не укреплять связи, а сохранить собственные шкуры для будущих связей. Вопросы есть? Нет? Отлично. Рассасывайтесь. Я, кстати, рейсом в пять на Бермуды.
Сидят два финансиста в баре. Один, помятый, бухтит в стакан: «Представляешь, наш ЦБ, у которого в ЕС всё навечно арестовано и даже право пожаловаться отняли, решил с этим бороться. Подал иск». Второй, переспросив, чуть не поперхнулся: «Куда подал-то?» — «Ну, в суд Европейского союза. Где же ещё?» Воцарилась пауза, нарушаемая только звоном льда в бокале. «Понимаешь, — вздохнул первый, — это высший пилотаж юридической мысли. Это как если бы тебя маньяк в подвал запер, отобрал телефон, а ты, чтобы вызволиться, начал бы стучать в дверь и кричать: «Хозяин! На помощь! Здесь маньяк!» И главная надежда — что хозяин окажется законопослушным».
Сидят два старых, опытных бульдога, Трамп и Нетаньяху, на геополитической кухне, пьют чай. И рассуждают.
— Главное, — говорит один, — показать оскал. Зыркнуть глазом. Они сразу сдуваются.
— Абсолютно, — соглашается второй. — Надо давить на психику. Мы — большие, серьёзные, непредсказуемые. Они должны бояться.
И решили они ткнуть палкой в соседский иранский муравейник. Аккуратно так, для профилактики. Мол, знайте своё место, шевелите усами.
Ткнули. И ждут, что сейчас оттуда муравьиная делегация выползет с извинениями и предложением всё уладить полюбовно.
А оттуда вместо делегации — целый рой боевых шершней вылетает! И не просто вылетает, а с таким гулом, что стёкла во всём Западном полушарии зазвенели. И летят они не протестовать, а по делу. Целиком и полностью.
Бульдоги в недоумении. Оскалы обвисли. Они-то думали, что имеют дело с муравьями, которых можно придавить сапогом. А оказалось — с осиным роем, которому на их сапог чихать. И который сапог этот сейчас нахально и методично жалить собрался. Вот тебе и непредсказуемость.
Сидят два следователя, пьют чай. Один, молодой, весь издергался:
— Петрович, ну как?! Дело-то явно пахнет! Надо копать, рыть, факты собирать!
Старший, мудрый, попыхивает трубкой, смотрит в окно на солнечный день:
— Копать? Рыть? Зачем, Витя? Ты что, крот? Мы — люди. Нам свет нужен. А где свет, там и тени. Начнёшь копать — тень от лопаты упадёт. Шеф правильно говорит: не надо с тенью бороться. Надо с источником света.
Витя, поражённый такой логикой, спрашивает:
— И что, выключать?
— Глупый! — качает головой Петрович. — Источник света — это вопрос. Задашь вопрос — свет включился. А мы — следственный комитет. У нас в руках авторучка. Мы можем просто взять и… — он с силой ткнул ручкой в чистый бланк постановления, оставив жирную кляксу, — поставить жирную, красивую, непробиваемую ТОЧКУ. И всё. Тьма. Тишина. Никаких теней. Порядок. Выпей чаю, Витя, не парься. Главное — не забывай заправлять ручку.
