Прихожу я, значит, к врачу. Жалуется человек: «Доктор, у меня всё болит! Печень стонет, лёгкие шепчут «прощай», давление скачет, как сумасшедший маятник!» А врач, сомнолог этакий, бровью повёл, в карту посмотрел и выносит вердикт, будто приговор зачитывает: «Всё ясно. Организм на грани. Но главный враг — не водка палёная и не сигареты бодяжные. Главный враг — это вы, сударь, на диване после восьми вечера!» Я, естественно, в ступоре: «То есть как?!» А он, сволочь, с умным видом: «Свет экрана! Синий спектр! Мелатонин не вырабатывается! Вы, гражданин, своими «Бриджертонами» и «Играми престолов» себя медленнее, но вернее, чем водкой, добиваете!» Сижу, думаю: вот ведь наука дошла до чего. Раньше от водки умирали красиво, с анекдотом. А теперь выясняется, что нас тихо и планомерно губят не пивные животы, а подписки на «Кинопоиск»! Прямо как в том анекдоте: «Доктор, я жить буду?» — «А смысл? Новый сезон «Клиники» только осенью».
Китай выступает против политики силы и односторонних действий. Особенно чужих. Свои же — это не политика силы, а исторически обусловленная добровольная реинтеграция территорий под мирный гул истребителей.
Мэр Сочи объявил: «Граждане, срочно покиньте набережную из-за угрозы дронов! И, ради бога, не снимайте, как мы вас от них защищаем!» Получается, самый опасный беспилотник — это тот, что у вас в кармане.
Сидим мы как-то с приятелем, смотрим новости. Там наш посол в одной горячей точке даёт интервью. Говорит так, будто не о войне, а о сезоне дождей в Сочи доклад читает: «Горячая фаза, по нашим оценкам, продлится в несколько раз дольше предыдущего обострения». Солидно так, с цифрами, чуть ли не до миллиметров ртутного столба.
Мой приятель, мужик с опытом, хмыкает и говорит:
— Ну, ясное дело. У них же там метеорологическая служба — хуже нашей. Помнишь, они в прошлый раз обещали «кратковременные точечные удары»? А получился ливень «град»ов на три недели. Климат, блин, непредсказуемый.
— И что, — спрашиваю, — по ихнему прогнозу брать зонт или каску?
— Каску, — вздыхает приятель. — Но с зонтом от солнца. Потому что «осадки» в виде ракет ожидаются, а вот когда «прояснение» — это, брат, даже они со своим дипломатическим барометром не скажут. Только надежда на то, что «циклон» сам рассосётся.
Ну вот, представляете картину: стоит иностранец на таможне в Шереметьево, а у него в чемодане, между носками и сувенирной матрёшкой, лежит кусок метеорита. Рязанского. Сотрудник, естественно, спрашивает: «А это что у вас, гражданин, за минерал?» А тот, бледный как лунная поверхность, бормочет что-то про «геологическую коллекцию». Ну, взяли его, конечно. Сидит теперь, бедолага, объясняет протокол. А я думаю: вот ведь парадокс! Этот булыжник миллиарды лет летел сквозь пространство, преодолел гравитацию, атмосферу, сжёг пол-Рязанской области — и всё без визы и декларации! Самый отчаянный нелегал в истории Вселенной. А тут какой-то мелкий человечишко с кожаным саквояжем пытается его НЕЗАКОННО ВЫВЕЗТИ. Да он, этот метеорит, тебя, дружок, ещё когда твои обезьяньи предки по пальмам лазили, контрабандой на эту планету завёз! Кто кого тут нелегально перемещает — ещё большой вопрос.
Объявили, мол, в аэропорту Нижнекамска ввели временные ограничения для обеспечения безопасности полётов. Ну, знаете, как у нас всегда: «Временно перекроем дорогу, чтобы асфальт не провалился под колёсами». Сижу в зале ожидания, смотрю на это объявление и думаю: а что же было до «временных»-то ограничений? Непостоянная безопасность? Сезонная? «Уважаемые пассажиры, с июня по август мы вас гарантированно не теряем в небе, а с сентября по май — как карта ляжет, летите на свой страх и риск»? Это ж как в больнице табличку повесить: «По вторникам и четвергам хирурги моют руки. В остальные дни — творческий подход к стерильности». Главное — временно. То есть вот-вот, ещё чуть-чуть, и мы опять вернёмся к нашей милой, привычной, перманентной опасности. А пока — терпите, летайте осторожно, и да пребудет с вами временная удача.
«Мы вас в гробу видали!» – кричат через забор. «А мы вас на том свете!» – отвечают из-за калитки. А потом тихонько: «Слушай, а рецепт той аджики с грецким орехом можно? Мы тут с американцами торгуемся – им для санкций нужна острота, а у нас только ядерная программа в запасе».
Защитник Блиновской с гордостью отрапортовал: «Всё отсудили! Клиентке — ничего!» Видимо, это новый высший пилотаж в юриспруденции — когда твоя победа равна полному разорению доверителя.
МИД с гордостью доложил: «В горячих точках Ближнего Востока сейчас отдыхает 50 тысяч россиян!» А в ответ — тишина. Потому что все, кто мог возразить, как раз там и отдыхают.
Турнир «Аэрофлот опен» собрал в Москве лучших шахматистов мира. Ян Непомнящий, Эсипенко, Дубов, Грищук... и один индиец для международного статуса. Как в старом анекдоте: «А у нас в Одессе все евреи, и один негр для колорита».
