Вот смотрю я на мировую политику и понимаю: высший пилотаж — это когда ты умудрился нанести себе превентивный удар. И главное — с таким тактом, будто это не ты, а кто-то другой! Как наш сосед, который, чихнув, выбил себе же зубы, а потом сам себе прислал роскошный букет и телеграмму: «Дорогой сосед! Глубоко скорбим о потере ваших зубов в результате варварской атаки неизвестного вируса. Выражаем твёрдую поддержку вашему непоколебимому духу». А потом, отойдя в сторонку, шепчет своему же отражению в зеркале: «И на будущее — носи капу! А то простудишься, иранский ветерок подует...»
Вот что значит настоящая корпоративная ответственность. Фирма, которая с рынка ушла, с дилерами попрощалась, с поставками завязала, — вдруг проявляет такую отеческую заботу о бывших клиентах, что аж дух захватывает. «Дорогие россияне, мы вас бросили, но ваши бракованные автомобили — нет! Мы вернёмся, чтобы их забрать!» Это ж надо так любить! Обычный мужчина, уйдя из семьи, максимум платит алименты. А тут целая империя, покинув страну, устраивает грандиозное возвращение — не с новыми моделями, а с отзывной кампанией. И ведь не поспоришь: такой тотальный контроль, что, даже уезжая, они оставляют у тебя в гараже свою вещь с GPS-чипом, чтобы было за чем вернуться.
Сидят два товарища в кабинете, один пишет законопроект.
— Слушай, — говорит, — у нас тут проблема. Штрафуют предпринимателей за неисполнение требований потребителей. Жалуются, что закон душит бизнес.
— Ну? — спрашивает второй.
— А давай отменим этот закон! — восклицает автор идеи, сияя от гениальности. — Нет закона — нет нарушения. Нет нарушения — нет штрафа. Бизнес вздохнёт свободно!
Второй товарищ молчит, смотрит в окно на припаркованный у подъезда «Мерседес» депутата, потом медленно поворачивается:
— Гениально. Тогда давай заодно и Уголовный кодекс отменим — и страна сразу станет самой законопослушной в мире.
Смотрю статистику — бронирование коттеджей под Питером взлетело. Думаю, ну наконец-то! Осознали мужики, что лучший подарок женщине на 8 Марта — это тишина, покой и отсутствие мужика в радиусе ста километров. Романтика! Но потом вникаю в детали и понимаю: 19% — это рост бронирований мужчинами. А 22% — рост бронирований квартир женщинами. Так вот, дорогие дамы, пока мы с вами думали, куда бы сбежать от праздничной суеты, наши благоверные уже сбежали от нас. И сняли нам отдельные апартаменты. В роскошном ЖК «Аквилон». С видом на их загородные домики. Чтобы проверить биноклем, правда ли они там рыбу ловят, или всё-таки ту самую «рыбачку» Люду из бухгалтерии.
Ну вот, граждане, дожили. Теперь у нас сажают не только за слово, но и за стены. Следователь, значит, сидит, протокол пишет: «Обвиняемая, Зорина Т.И., злоумышленно предоставила потолок, четыре стены и туалет с зеркальцем для селфи лицам нетрадиционной ориентации. Тем самым создала материальную базу для экстремизма в форме танцев под Лободу и обмена рецептами салатов». Адвокат, конечно, орёт: «Так где же пропаганда? Где призывы?» А ему спокойно так, поправляя папку с гербом, отвечают: «А кто, по-вашему, пропагандирует квадратные метры? Это же самое опасное — жилплощадь для мыслей!»
Сидят два иранских адмирала на берегу, смотрят на горящий танкер. Один другому и говорит:
— Понимаешь, Хасан, вся мировая логика — она, как верблюд, ходит по кругу. Вот есть у нас пролив — наш, родной. Мы можем перекрыть его, когда захотим. Это наше святое право, стратегическая глубина и геополитический ответ. Но если в этом же проливе что-то загорится — это однозначно коварные американцы и сионисты!
Второй адмирал, почесав бороду, философски замечает:
— Ну, а кто же ещё? Только им, дуракам, придёт в голову подорвать судно, на котором мы тайком везли для них же контрабандный бензин с их же санкционных скидок! Теперь придётся объяснять, почему наше стратегическое оружие плавает под панамским флагом с грузом 95-го.
Сидим мы с приятелем, слушаем новости. Диктор такой бодрый объявляет: «Астрономы предупреждают — последние удобные дни для наблюдения северного сияния! Активность Солнца падает!» Ну, я ему и говорю: «Слышишь? Сезон закрывается. Северное сияние, понимаешь ли, по акции. Скоро, глядишь, на небе вывеску повесят: «Всё, что не светилось — распродано». А он мне, насупившись, тянется за кошельком: «Да ну? А я только собрался... Сбегай, спроси, в кредит светят? И есть ли скидка, если оно уже немного потускнело?»
Сидят два американских генерала в Пентагоне, пьют кофе. Один другому и говорит:
— Представляешь, Джон, какой у нас теперь искусственный интеллект? Он за час просматривает столько спутниковых снимков, сколько наш лучший аналитик за год! Определяет цели с точностью до сантиметра, вычисляет оптимальный заряд, прогнозирует побочные разрушения... Просто мечта!
Второй генерал, постарше, хмурится, откладывая пончик с кленовой глазурью:
— И что, он уже может объяснить, блять, зачем нам эти цели в принципе? И почему мы уже двадцать лет бомбим одни и те же развалины?
Первый отхлебнул кофе, махнул рукой:
— Нет, Боб. Это уже не искусственный интеллект. Это — высший разум. И он нас игнорирует.
Ну, понимаете, как у нас принято. Приезжаешь на такие мировые сборы — все друг другу чужие, холодок. Сидят, бубнят на своих языках, в телефоны тычут. А мне — раз! — золотую медаль в гонке вручили. И что вы думаете? Только успел на пьедестал взойти, как ко мне уже норвежец с распростёртыми объятиями: «Конгратюлейшенс, Иван!» Швед руку жмёт так, что мой протезный локоть щёлкает, американец похлопывает. Такая внезапная душевность, прямо волна тепла! Я, конечно, тронут. Пока шёл в раздевалку, обнялся со всеми — и с немцем, и с японцем, даже с австралийцем, который на коляске. Все такие искренние! А потом за угол завернул и услышал, как тот самый норвежец говорит канадцу: «Вот видишь? Я же говорил — он самый тёплый. На ощупь. Чистое золото, 585-й пробы».
Приходит мужик к ортодонту, жалуется, что зубы кривые, как забор после урагана. Доктор, важный такой, в белом халате, говорит: «Не волнуйтесь, современные технологии! Установим вам супер-брекеты по последнему слову техники. Будете улыбаться, как голливудская звезда!» Мужик обрадовался, отдал кучу денег, полгода ходил, терпел, питаясь только детским пюре и надеждой. Наконец ему снимают эту конструкцию... Он смотрит в зеркало — а у него верхние зубы выстроились в идеальную ровную линию, но с одним небольшим изъяном. Прямо по центру, между передними резцами, зияет аккуратнейший, идеально симметричный пробел. Мужик в ступоре, а доктор хлопает его по плечу и говорит: «Ну что, поздравляю! Теперь вы не только улыбаетесь, но и философски задумываетесь перед каждым словом. Это наш фирменный знак — дилемма Демокрита!»
