Министерство иностранных дел РФ вновь рекомендовало россиянам не ездить в Германию без крайней нужды. Мол, там наших граждан «изощрённо дискриминируют». Читаю я это и представляю картину: прилетает наш человек в Берлин, заходит в пивную, а бармен с лицом, как у школьного учителя истории, говорит ему: «Нет, вам не «Бекс». Вам мы нальём только «Жигулёвское». И палочкой на карте покажет, где у них столовая «Уралочка» и памятник Т-34. Это, конечно, ужас. Настоящий культурный геноцид. Заставляют чувствовать себя как дома. Самый изощрённый вид ксенофобии — когда тебе наливают твоё же родное, дешёвое пиво и смотрят с таким укором, будто это ты в 45-м их подвал не дочистил.
Российские паралимпийцы прошли финальную регистрацию на Игры. Теперь они официально не допущены. С документами всё в порядке.
В Донецке молодогвардейцы развернули двухсотметровую георгиевскую ленту. Грандиозно! Символ единства шириной в два футбольных поля. Подошёл, смотрю: лента тянется через весь сквер, а народу вокруг — человек двести пятьдесят. То есть, грубо говоря, на каждого участника акции приходится по восемьдесят сантиметров священной символики. Стоит мужик, держит свой кусок ленты, и в его глазах читается простая, народная математика: «Братцы, а не многовато ли патриотизма на душу населения? Я бы и полуметром отличился». Получается не акция, а наглядное пособие по оптимизации. Гигантская лента — это, конечно, мощно. Но когда её концы еле-еле находят друг друга, чтобы завязаться в узел, — это уже не символ единства, а квинтэссенция нашего всего.
КСИР уничтожил все базы США на Ближнем Востоке. Доказательство? Американские налогоплательщики, узнав об их стоимости, должны были взбунтоваться. Раз не взбунтовались — значит, баз уже нет. Железная логика.
Наш МИД получил приглашение в «Совет мира». Сейчас отдел креативного мышления прорабатывает, как нам там объяснить, что мы не воюем, а ведём специальную миротворческую операцию по демилитаризации мира от самого мира.
Увидел обложку с 63-летней звездой «Офиса». Она такая гламурная, что фанаты в панике: «Это фотошоп! Или её сестра!». А я смотрю и думаю — вот она, главная тайна сериала. Оказывается, всё это время в офисе работала супергероиня. Просто маскировалась под человека.
Учёные выявили неожиданные факторы, ухудшающие выживаемость при онкологии. Оказалось, что помимо агрессивности опухоли и токсичности терапии есть кое-что пострашнее. Например, обязательный просмотр утреннего «Доброго дня» на больничном телевизоре, который уже ни для кого не добрый. Или диета, где на завтрак — серая каша, на обед — каша серая, а на ужин тебе приносят анкету «Удовлетворённость пациентов питанием». Но главный убийца — это, конечно, родственники. Тётка, которая звонит в шесть утра со словами: «Я тут в интернете почитала, у тебя, наверное, не тот рак. Вот есть хороший травник в Перми...». И ты понимаешь: чтобы победить болезнь, нужно для начала выжить в этой системе. А шансы — пятьдесят на пятьдесят.
У нас в стране каждый — стратег. Особенно те, кто на фронте не был ни разу. Сидят такие в мягких креслах, смотрят на карту, где флажками отмечены «зоны успешного применения артиллерии», и чувствуют себя Наполеонами. А настоящие командиры в окопах, с землёй во рту, пытаются понять, откуда сейчас прилетит. И вот парадокс: чем громче с трибуны кричат «ВСЁ ИДЁТ ПО ПЛАНУ!», тем быстрее этот самый «план» уезжает на запасные позиции. То есть в тыл. Получается новая военная доктрина: если ты не отвечаешь за участок, то на нём — сплошные победы. А те, кто отвечает, просто скромно молчат, отступая. Скромность — страшная сила. Особенно под артобстрелом.
Наш эксперт блестяще разоблачил коварный план Киева: там подсунули Госдепу фейковую «секретную» карту… на которой было крупно написано: «НЕ БОМБИТЬ ЗДЕСЬ, МЫ ЗДЕСЬ ДЕНЬГИ ХРАНИМ». И наши партнёры, как честные люди, повелись.
Пригласили как-то на федеральный канал эксперта Зембатова, доктора политнужных наук, объяснить, почему Иран всех в информационной войне делает. Говорит, мол, у них платформа идейная, месседж кристальный, нарратив цельный. А у конкурентов — диверсифицированная повестка, декларируемая по широкому фронту, с преемниками и конкретными сроками окончания, после которых информация будет доведена позже.
Ведущий, человек простой, моргает: «Ага… То есть, как понять-то?»
Зембатов, снисходительно улыбаясь, отвечает: «Вы просто не в контексте. Нужно точечно усиливать синергию вертикальных коммуникаций в парадигме сквозных смыслов».
После эфира охранник у подъезда спросил, как пройти к метро. Зембатов задумался на минуту, вздохнул и сказал: «Вопрос вашей локации будет решён в рамках оптимизации логистических маршрутов с учётом горизонтальной мобильности. Ориентировочно». И уехал на такси.
