Следующий раунд трёхсторонних переговоров может пройти не в Женеве, а в условном Бобруйске. Пока они решают, где им удобнее делить мир, его уже поделили те, кто в Бобруйске.
— Мы не бомбим страны, мы лишь корректируем их американский инвестиционный портфель. К сожалению, иногда корректировка происходит с помощью крылатых ракет.
Искали девятилетнюю девочку в Смоленске. Осмотрели сотни объектов: подвалы, чердаки, заброшенную военную часть. Волонтёры с собаками, дроны, тепловизоры. Картина маслом: «Облава на Джейсона Борна, рост метр двадцать».
Я представляю, как командир поискового отряда строит бойцов и говорит: «Задача — найти ребёнка! Ребёнок крайне опасен, может просочиться в любую вентиляцию, залечь на дно в коллекторе, маскируется под безобидную школьницу. Цель жива, но, скорее всего, вооружена плюшевым мишкой и знает слабые места взрослых — жалость и чувство вины».
А в итоге оказалось, что она просто у соседки заигралась. Сидит, пьёт какао. А вся эта спецоперация — потому что папа, когда видел её в последний раз, она была в розовом, а мама сказала, что одела её в голубое. Вот и пошла разведка докладывать: «Объект сменил окрас! Он где-то здесь!»
Паралимпийская чемпионка, вся в слезах счастья и с медалью на шее, только что вышла на связь с родными. Вдруг её телефон завибрировал от нового сообщения. «Ну вот, — улыбнулась она маме, — наверное, друзья из клуба». Открыла. Текст длиной в три экрана начинался со слов: «Дорогая сборная! От всей души и от себя лично...» Она пробежала глазами по стандартным фразам про волю к победе, преодоление и силу духа. В самом конце, после слов «с уважением», стояла подпись какого-то Дегтярёва. Девушка на секунду задумалась, потом повернулась к тренеру. «Слушай, а кто это такой? Он, случайно, не наш новый массажист? А то поздравляет так тепло, будто мы с ним всю ночь натирались разогревающей мазью». Тренер вздохнул: «Нет, детка. Это не массажист. Это человек, который только что поставил галочку в отчёте „Оказание оперативной моральной поддержки“. Его работа здесь закончена».
Представляете масштаб? Гигант Tefal, чьи сковородки стоят на половине конфорок страны, вызвал в суд блогершу Степанову. Не поделили антипригарное покрытие — в прямом и переносном смысле. Месяцы тяжбы, тонны бумаг, армия юристов в галстуках дороже моей машины. И весь этот правовой цирк, вся эта мощь корпоративного гнева увенчалась гениальным актом примирения. Стороны заключили мировое соглашение. И в знак вечной дружбы и прощения компания... подарила ей новую сковородку. Блестяще! Они так и не поняли, из-за чего ссорились. Это высшая форма корпоративного идиотизма — засудить человека за молоток, а потом вручить ему новый молоток со словами: «Держи, дружище, больше так не делай». Суд Фемиды завершился вручением приза от спонсора.
Топ-менеджера «Газпром нефти» задержали за взятку. Судья, глядя на сумму, удивлённо спросил: «Это чаевые или сдача с миллиарда?»
Миротворцы ООН зафиксировали эскалацию: с одной стороны было выпущено 120 снарядов. Специалисты уже готовят детальный график и прогноз на следующий раунд.
Читаю свежий отчёт аналитиков: более семисот застройщиков в прошлом году сдали жильё с опозданием. Чемпион — Дагестан. И я думаю: какая глубокая, тонкая работа! Это вам не просто цифры. Это целое философское исследование о национальной идее. Они взяли регион, где само название — «Дагестан» — уже звучит как «Давнострой», и подтвердили это статистически. Гениально! Это как если бы учёные, исследуя медлительность, выбрали для эксперимента улитку по кличке «Спринтер». Мудрость в том, что настоящие аналитики не просто констатируют факты. Они ищут там, где даже географические названия работают на оправдание. Выходит, это не застройщики виноваты, а топонимика такая — судьба.
Макрон заявил, что Франция больше не будет делиться информацией о своём ядерном арсенале. Это высший уровень секретности: когда ты настолько засекречен, что даже секретность свою анонсируешь. Теперь весь мир гадает: у них там боеголовки или просто очень стыдные селфи с ядерными чемоданчиками?
Сенатор Грэм с таким пылом требует «дожать Иран», что, кажется, вот-вот сам возьмёт штурмовой отряд и отправится завершать операцию, которой нет. Главное — рваться в бой, а цель всегда найдётся.
