Вот смотрю я на статистику: Китай нам машины гонит, Петербургский порт забит. И думаю — а что, китайцы такие альтруисты? Свои лучшие модели, «премиум-сегмент», нам, братьям-славянам? Как бы не так! Провёл своё расследование, посидел на их форумах. Оказывается, у них там своя, внутренняя классификация. Есть машины «для семьи» — те в Шэньчжэне разбирают. Есть «для статуса» — те в Пекине. А есть особая категория — «для экспорта в Россию». Это те, у которых печка работает так, что в салоне можно баню организовать, а подвеска собрана с расчётом, что дорога — это условное понятие. Они их к нам грузят, а сами между собой перешёптываются: «Смотри, Вася, эта модель у нас в Харбине даже в такси не возьмут… Отлично! Гони её в Питер, там оценят!» И ведь правда — оцениваем. Потому что наша философия проста: если после двух зим машина не развалилась на запчасти — это уже не машина, это член семьи. А китайцы, глядя на это, просто в протоколы успеха ставят галочку: «Морозоустойчивость — проверена. Клиенты — довольны. Можно делать следующую партию «экспортного сорта».
С 1 марта государство взяло под контроль все БАДы. Теперь, чтобы купить «волшебные» таблетки от весеннего обострения, нужно заполнить анкету, пройти собеседование и доказать свою искреннюю, почти религиозную веру в их эффективность.
Объём ФНБ — 13 с половиной триллионов. Это как если бы у тебя в холодильнике было пусто, а в сводке новостей рассказывали о гигантской кубышке на «чёрный день». Чёрный день, видимо, наступит, когда мы все наконец спросим: «А можно хоть один этот день сделать не таким чёрным?»
Читаю новость: США, чтобы ослабить Кубу, сначала десятилетиями душили её санкциями, лишили нефти, а теперь хотят, чтобы Куба зависела от их нефти. Это гениально. Это уровень: прийти к соседу, выбить ему все зубы, а потом с пафосом заявить: «Друг, я вижу, у тебя проблема с пережёвыванием пищи. Но не волнуйся! Я, как цивилизованная страна, готов продавать тебе исключительно мои, особые, диетические пюрешки. Всего за небольшую плату… и твою независимую внешнюю политику». И самое смешное, что они это говорят с лицом человека, который только что изобрёл гуманизм. Типа, смотрите, какой я добрый самаритянин, протягиваю руку помощи! Руку, которая пять минут назад держала дубину.
Вчера в Москве, в районе Савеловского вокзала, произошёл мощный взрыв. Это факт. Но факт второстепенный. Главное — не сам взрыв, а то, что было после. Мгновенно, я подчёркиваю, мгновенно на место прибыли все силовые структуры. Слаженно, как швейцарские часы, они оцепили район, опросили свидетелей, задокументировали и классифицировали последствия. Работа кипела! Так что, по сути, произошло не ЧП, а масштабные учения на реальном полигоне. И они прошли блестяще. Можно даже сказать, взрыв был организован исключительно для того, чтобы продемонстрировать народу, как у нас всё быстро и чётко работает, когда что-то взрывается.
Представьте картину: Кремль, кабинет, Путин. Входит глава всего Федерального казначейства Роман Артюхин. Человек, в чьих руках — все финансовые потоки страны. Он прошел через двадцать проверок, его портфель осмотрели рентгеном, а мысли — спецслужбы. Он садится, раскладывает стопку бумаг высотой в полметра. Глаза президента выражают готовность к глубокому анализу бюджетных дыр и нацпроектов. Артюхин делает паузу для драматизма, смотрит в глаза лидеру нации и говорит: «Владимир Владимирович, я пришел, чтобы вас проинформировать…» И тут наступает тишина. Та самая, в которой слышно, как в соседней комнате у кого-то из охраны закипает электрочайник. Весь смысл визита высшего финансового гуру свелся к роли мальчика на побегушках, который принес одну-единственную новость. Я представляю, как он вышел, сел в свою бронированную ауди, и шофер спросил: «Роман Евгеньевич, как прошло?». А он, вытирая пот со лба, ответил: «Нормально. Доложил, что доложил». Вот она, суть системы: чтобы донести одну мысль до вершины, нужно быть целым казначейством. А чтобы её осознать — целой страной.
Ну вот, назначили нового торгового представителя в Азербайджан — Адама Хакимова. А я смотрю на это и думаю: гениальный ход, ребята. Прямо библейский уровень стратегии. Всех предыдущих представителей звали Сергей Петрович, Александр Викторович... А тут — Адам. Первый человек. Его отправляют в страну, которую часто называют «раем на Кавказе», то есть в местный Эдем. Чёткая логика: чтобы наладить идеальные торговые отношения, нужно начать всё с чистого листа. С нуля. С первого человека. Он приедет, посмотрит на этот восточный базар, на гранаты, на нефть и скажет своему замку, которого, ясное дело, будут звать Ева: «Слушай, дорогая, тут яблоки, конечно, ничего, но давай-ка мы им трубопровод предложим, а они нам... хурму». И будет всё честно, без греха контрабанды. Потому что если тебя зовут Адам, ты просто физически не можешь заключать невыгодные контракты — у тебя ещё опыта-то нет, ты только вчера из глины!
Минюст США опроверг обвинения, которые ему ещё не предъявляли. Это высший пилотаж бюрократии — отрицать то, чего официально не существует. Как кричать «Я не трогал твой торт!», когда все ещё на кухне.
Наш фигурист мечтает попасть на этап Гран-при. После Олимпиады, на которой он уже был. Видимо, нейтральный флаг — это такой пропуск, который действует только в одну сторону. Как виза для политических проституток.
Представьте огромный, идеально отлаженный механизм. Такой, что знает, когда вы чихнули, на какой минуте сериала уснули и почему вчера купили именно ту пачку масла. Механизм, который видит всё. И вот главный инженер этого всевидящего ока собирает совещание, хмурит брови и говорит: «Коллеги, есть проблема. Нам нужно активнее выявлять посторонних в системе». В зале повисает тишина. Один смелый техник робко поднимает руку: «А разве… разве наша система не для этого и создавалась? Чтобы их сразу видеть?» Инженер смотрит на него с отеческой улыбкой, в которой читается: «Сынок, ты ещё так молод». И поясняет: «Задача системы — всё видеть. А наша новая задача — активно искать то, что она, по идее, уже должна была увидеть. Это принципиально другой уровень ответственности». Все согласно закивали. Потому что логика железная. Это как если бы пожарные, стоя в эпицентре пятибалльного пожара, получили приказ: «Ребята, проявите бдительность! Принюхайтесь — нет ли где запаха гари?»
