Бывший главный врач онкоцентра так усердно лечился от условного срока, что суд, впечатлённый ремиссией, назначил ему терапию общего режима.
Пентагон собирает пресс-конференцию. Выходит глава, весь в орденах, серьёзный такой. Говорит: «Джентльмены, мы начинаем беспрецедентную операцию против Ирана. Кодовое название — „Персидский котёл“. Цели засекречены, сроки неопределённы, бюджет — все ваши налоги». Журналисты в шоке, камеры щёлкают. Один смелый спрашивает: «А в чём, собственно, заключается операция? И при чём тут Иран?» Чиновник хитро улыбается: «Детали — у рабочей группы. А Иран… Ну, надо же было громкое слово в заголовок вставить, чтобы вас всех собрать. Следующий вопрос — про Украину». В зале тишина. А он уже включает слайды про НЛО.
Представьте себе парня, который нанял самого крутого вышибалу в городе, чтобы тот охранял вход в его бар. Вышибала такой здоровый, что сам перекрывает собой всю дверь. И вот в один прекрасный день этот вышибала решает прилечь отдохнуть. Прямо в дверном проёме. И засыпает. Весь бар в панике: клиенты не могут выйти, новые не могут зайти, официанты с подносами мечутся. А сам вышибала мирно посапывает, прислонившись спиной к косяку. Вот так и Cloudflare — наняли его, чтобы он от хакеров и сбоев защищал, а он сам, сука, лёг и уснул поперёк всего интернета. И полпланеты, как те официанты, с подносами цифровых данных, туда-сюда. А он храпит. Идеальная защита: когда ты сам и есть главная угроза.
Счётная палата предложила стандартизировать описание ПО для госзакупок. Теперь, чтобы закупить «Калькулятор», нужно заполнить 500-страничную спецификацию, где раздел «Кнопка "Равно"» согласовывается с тремя министерствами. Хаос побеждён.
Американские стратегические аналитики, потратив пять лет и триллион долларов на моделирование операции «Персидский рассвет», с гордостью представили доклад толщиной с телефонную книгу Манхэттена. Основной вывод, выделенный жирным шрифтом на странице 14 678, гласил: «Война с Ираном будет сопряжена с трудностями». Зал замер. Генерал, листавший отчёт, поднял глаза и спросил: «А что, собственно, сложного?» Главный аналитик, доктор философии, вздохнул: «Сэр, у них, оказывается, есть своя территория. Со своими горами, пустынями и… армией. Которая, по нашим же спутниковым снимкам, почему-то вооружена». Генерал почесал затылок: «Чёрт. А мы-то думали, они там просто ковры ткут и стихи пишут. Ладно, заказывайте новый доклад — «Трудности войны со страной, которая может ответить». Бюджет — ещё триллион».
Встречаются два приятеля. Один — романтик, читает умные книжки. Другой — практик, у него руки из нужного места растут.
— Всё пропало, — говорит романтик. — Отношения выгорели. Никакой страсти.
Практик хлопает его по плечу:
— Брось! Любая страсть — это химия. А химия — это наука. Надо просто правильно подойти к процессу.
Романтик оживляется:
— И как?
— Очень просто, — мудро заключает практик. — Любая реакция идёт быстрее при повышении температуры и наличии катализатора. Берёшь антисептик — это твой катализатор. Подносишь источник огня — это повышение температуры. И вуаля, страсть не просто разгорается, она, блин, полыхает! Главное — снять на видео для научного отчёта.
Вот так метафорические идиоты понимают поэтические призывы буквально. А потом удивляются, почему их романтические жесты рассматривают в суде присяжных.
Издательство «Эксмо» назвало самую продаваемую книгу 2025 года. Это роман «Если все кошки в мире исчезнут». Тираж уже напечатан, но его пока не выпускают — ждут, пока все кошки в мире не прочитают и не одобрят.
Прикатила как-то на месторождение комиссия от одного уважаемого агентства. Солидные такие, в галстуках, с планшетами. Собрали буровиков, вытирающих соляркой руки. «Коллеги, — говорят, — мы провели масштабный анализ, задействовали суперкомпьютеры и нейросети. И выявили тревожную тенденцию». Буровики затихли, думают: щас скажут, что мы тут экологию губим. А эксперт, поправляя очки, выдаёт: «У вас, товарищи, нефть заканчивается быстрее, чем у всех в регионе! Это рекордные темпы исчерпания!» Минута тишины. Потом старший прораб, почесывая затылок: «Так, бл*дь, а с чего бы ей у нас медленнее-то заканчиваться? Мы её, собственно, для этого и качаем. Или вы, умные люди, предлагаете нам её обратно закачивать, чтобы статистику не портить?» Комиссия, записав «ценное предложение», уехала делать новый прогноз.
В Ливане созвали экстренное заседание кабинета министров. Главная повестка — доказать, что экстренное заседание кабинета министров ещё возможно созвать. Всё прошло успешно, заседание признали состоявшимся.
Зеленский позвонил Трампу, чтобы обсудить подготовку к трёхсторонней встрече. Трамп слушал, одобрительно мычал, а потом спросил: «А кто третий-то? Путин?» — «Нет, — говорит Зеленский, — Байден». Наступила пауза. Слышно, как Трамп на том конце провода листает календарь. «Так, — наконец говорит он. — Значит, встречаемся втроём: ты, я и… действующий президент. Ясно. Только давай без него пока, а? Мы с тобой сначала как мужчины договоримся. А его потом просто поставим перед фактом, он же всё равно всё забудит». Зеленский вежливо положил трубку и пошёл смотреть, не осталось ли в аптечке чего покрепче валерьянки. Потому что когда тебе предлагают тайный сговор против союзника, который тебе оружие поставляет, — это уже не дипломатия. Это такой политический тимбилдинг, после которого в Нюрнберге давали пожизненное.
