Человек так боялся, что у него сядет телефон, что чуть не посадил самолёт. Вот она, забота о связи: сначала ты спасаешь гаджет, а потом все спасаются от тебя.
В курс обществознания добавили раздел «Будущее России». Наконец-то дети будут изучать то, что видят за окном, как незнакомую и удивительную страну.
Создали самолёт, чтобы он был невидим для радаров. Чтобы прорваться к самому сердцу Империи Зла и тихо оставить там ядерный подарок. Тридцать лет летает. И всё прорывается. К каким-то шакалам в пустыне. Получается, он невидим только для тех, для кого и старая колымага на радаре — как новогодняя ёлка. Вот и вся философия. Дорогое средство от дешёвых проблем.
Граждане! Объявили экстремистской организацией клуб владельцев «Ланды». Ну, наконец-то! Это ж не автомобиль, это — философия. Философия терпения. Человек садится в железную коробку, которая заводится с третьего пинка, гремит, как цирковая установка, и едет со скоростью, вызывающей жалость у велосипедистов. Это что, не вызов обществу? Это что, не радикальный отказ от комфорта, безопасности и здравого смысла? Владелец «Ланды» каждое утро совершает акт несгибаемой воли. Он бросает взгляд на иномарки соседей, плюёт в лицо судьбе и идёт заводить своё ведро с болтами. Это не езда. Это — партизанская вылазка. И когда он, скрежеща шестерёнками, выезжает на трассу, он уже не водитель. Он — боец невидимого фронта. Фронта против законов физики, логики и сбережений. Вопрос: а где они, эти экстремисты, берут запчасти? Ответ: у других экстремистов. Круговая порука, товарищи! Подпольное движение. Их лозунг: «Заведётся — не поверишь, поедет — не догонишь!» В смысле, не догонишь, потому что сломается через километр. Но дух-то не сломается! Вот за этот несломленный дух их и внесли в список. Справедливо.
Сидят два товарища. Один говорит: «У нас тут, понимаешь, инициатива. Евразийская хартия многообразия. Будем учить мир ценить разные мнения, культуру, взгляды». Второй, почесав затылок: «А у нас-то с этим как?» Первый, махнув рукой: «Да при чём тут мы? Мы же про международный уровень! А внутри — это совсем другое многообразие. У нас оно одобренное, предсказуемое. Как в аптеке: ассортимент есть, но всё по рецепту и под строгим учётом. А они там, на Западе, — как на базаре, любой крикун своё несёт. Вот мы и предлагаем им цивилизованную, упорядоченную форму. Чтобы многообразие было, но без этого… разнообразия». Второй задумался: «Так это же… хартия единообразия?» Первый, довольный: «Ну наконец-то ты въехал в суть нашей внешней политики!»
Жизнь, товарищи, устроена так, что стоит человеку получить новую должность, как он уже не может дождаться, когда начнёт ею пользоваться. Вот дали ребёнку свисток – он тут же свистит. Выдали удостоверение – он его тут же проверяет. Назначили министром-координатором в НАТО – он тут же начинает координировать войну.
Ещё папка с делами не переехала в новый кабинет, бейджик на лацкан не прикололи, а он уже статью пятую, самую главную, коллективную, как гранату, из кармана достаёт. На Иран целится! Ты хоть Иран на карте покажи! Ты хоть кнопку, которую нажимать будешь, найди! Нет, он уже грозит. Как будто получил не должность, а новую игрушку: «Ой, а что это у вас тут за статья пятая? А можно я её придеру?»
Человек! Ты ещё даже не вступил! Ты как жених, который, не дойдя до ЗАГСа, уже начинает тёще указывать, как борщ варить! Успокойся. Посиди. Привыкни. Пойми, где у них тут туалет, а где – ядерный чемоданчик. А то так и до статьи шестой доберёшься – «О коллективном помешательстве».
Оштрафовали тут Google. На три целых восемь. Миллионов рублей. Граждане, это всё равно что подойти к слону, наклониться и со всей дури плюнуть ему в ногу. Слон, конечно, не заметит. Но ты-то чувствуешь себя героем.
Председательницу суда сняли. Не за взятки и не за пристрастность. Сняли за то, что она не приняла мер в отношении другой судьи, которая вела себя неэтично. Вот вам и Фемида. Весы, меч и... склока в дамской комнате верховного масштаба.
Граждане! Опять новости: на ферме тысяча коров свалилась с пастереллёзом. Тысяча! Целая дивизия рогатых на больничном. А среди людей — ни одного случая. Ноль. И знаете, почему? Потому что человек — существо разумное. Он болеет по-своему, с умом. Зачем ему какая-то пастерелла, когда есть прекрасный, веками проверенный метод — проснуться утром и сказать: «Всё, я больше не могу». И всё. Ты уже болен. Ты уже на своём личном, персональном карантине от жизни. Корове для этого нужна бактерия, а человеку — всего лишь понедельник. Так что главный удар, как всегда, пришёлся по тем, кто и так с утра до вечера на больничном. Только без больничного. И без зарплаты. А коровам хоть сено положено.
Смотрю новости. Товарищи! Граждане! Американцы с канадцами и датчанами проводят грандиозные военные учения. В Гренландии. Готовятся отразить вторжение. Я понимаю всё: армия, стратегия, сдерживание... Но вопрос. Вопрос, граждане, назревает. Кто, скажите на милость, собирается вторгаться в Гренландию? Пятьдесят шесть тысяч человек и семь миллионов квадратных километров вечной мерзлоты. Надо же такому стратегу в голове замёрзнуть, чтобы выбрать для захвата точку, где даже волки от тоски воют! Они там, наверное, отражают атаки белых медведей на снегоходах. Или тренируются отбивать у эскимосов последний непромерзший кусок тюленя. Мощнейшая армия мира, три страны... И главный противник – абсолютный ноль по Цельсию. Ну, отразили. И что? Теперь делить нечего. Опять скучно. Жизнь, понимаешь.
