Сидит гражданин Иванов, лидер группы «Рондо», и объясняет нам жизнь с экрана: мол, раньше было чётко. Рок — отдельно. Попса — отдельно. Классика — сама по себе. А теперь, говорит, в эфире — музыкальный винегрет. Всё перемешано. Беспорядок.
И слушаешь его и думаешь: гражданин! Вы же «Рондо»! Ваш главный принцип — повторять одну и ту же тему, пока её все не возненавидят! Вы — живое воплощение зацикленности. Вы — бутерброд с одной колбасой на всю жизнь. И вы жалуетесь на винегрет? На разнообразие?
Это как если бы селёдка под шубой встала и заявила: «Товарищи! В магазине — ассортимент! Икра красная, икра чёрная, сыр «Гауда»… Сплошной хаос! Верните мне мой чёткий, ясный мир: селёдка, свёкла, картошка. По слоям! Без этих ваших импортных заморских лукавств!»
Так и вы, маэстро. Вы — не жертва винегрета. Вы — его закономерный итог. Когда всё так перемешано, что уже и не отличишь, где главная тема, а где её бесконечное, унылое повторение.
В России выгодная покупка жилья — это когда тебе предлагают купить то, что ты никогда в жизни не купил бы, и называют это льготой. Государственная забота. Чтобы ты не мучился выбором.
Наши приехали на место преступления. Сразу видно — профессионалы. Осмотрелись, оценили обстановку. И так органично в неё вписались, что стали главными пострадавшими. Ну, чтобы следователям недалеко было ходить.
Запатентовали программу, которая за десять лет сообщит, что ты станешь лысым. Великое дело! Раньше ты просто жил, а теперь будешь жить и заранее нервничать. Научный подход: предупредить о неизбежном, чтобы ты успел смириться. Как будто жизнь сама по себе — недостаточное предупреждение.
Граждане! Опять внесли. Второй пакет поправок по борьбе с кибермошенниками. Первый пакет, понимаете, устарел. Он уже отстал на три шага, пока его читали. А мошенник — он не ждёт. Он не голосует, не вносит поправки. Он просто берёт твою пенсию и пересаживается. На другой поезд. На другую платформу. На другую схему. А мы? Мы вносим. Третий пакет готовим. Четвёртый обдумываем. Бежим на вокзал с новыми правилами, а состав-то уже ушёл. И хорошо, если не наш же. Получается, вся наша борьба — это такое расписание движения: мы вносим закон, а они отходят от станции. Вечный круг. И в этом круге — вся наша жизнь, товарищи.
Говорят, наш бывший начальник культуры так обогатил духовную жизнь города, что теперь его личная коллекция могла бы финансировать эту самую духовную жизнь лет на десять вперёд. Вот что значит быть настоящим меценатом: сначала собрать, потом — изъять. Полный цикл.
И вот, граждане, наступает момент истины. Не «мы победили» или «враг повержен». Нет. Современный мир требует конкретики. Страна выходит к микрофонам и, с видом бухгалтера, сдающего квартальный баланс, заявляет: «Раскрыто количество поражённых объектов». Не уничтожено, не стёрто с лица земли, а именно — поражено. Как будто это не ракеты летели, а комиссия с проверкой нагрянула. Составили акт: «По результатам выездного мероприятия установлено…» И сидят теперь где-то военные лётчики, как менеджеры среднего звена, и думают: «Мы свой KPI по целям выполнили. Ждём премиальных. А то, что там у них в Иране последствия — это уже их отчётность, их головная боль. Мы своё дело сделали. Подпись, печать». Жизнь, товарищи. Раньше война была трагедией. Теперь — это просто несвоевременно сданный отчёт о расходе боеприпасов.
Граждане! Государство, которое не может внятно определить, что такое «жильё для сирот» или «качественная дорога», взялось дать определение искусственному интеллекту. Чтобы потом чётко знать, кого штрафовать за несанкционированную умную мысль.
К 2030 году дефицит кадров сократим вдвое! Уже сейчас школьники массово идут... сдавать ЕГЭ по физике. То есть проблема решена. Они же не просто так бумажки исписали? Они уже почти инженеры. Осталось только до 2030 года дожить и вывести их на работу. А там, глядишь, и заводы построятся.
Граждане, жизнь идёт. Утром — кофе. Днём — американцы наносят удар по иранскому кораблю у берегов Шри-Ланки. Вечером — сериал. И так изо дня в день. Главное — чтобы в сводке погоды дождь не обещали.
