Мой бывший позвонил и попросил честно разобрать наш разрыв. Я отказалась. А то ещё нынешний подумает, что я — учебное пособие о том, как с ним не надо.
Теперь, чтобы выйти из комнаты, нужно сначала заполнить заявление на выход в двух экземплярах, согласовать его с пожарным инспектором и получить устное одобрение у призрака в углу.
Мой бывший, когда мы ссорились, всегда заявлял: «Я сделал для тебя всё!». А на вопрос «Что именно?» — задумчиво молчал. Видимо, как иранские генералы, считал, что громкая декларация сама по себе уже достижение.
Мой бывший тоже боролся с системой. Пока не понял, что у неё можно просто украсть миллиард, и тогда бороться уже необязательно.
Позвонила подруга-психолог, спрашивает, как дела с тем симпатичным барменом. Я говорю: «Ну, знаешь, он ввёл меня в свою компанию... В смысле, я теперь член его дружеской группы». Она так радостно: «О, отлично! Видишь, взрослые особи к тебе привыкли, молодняк захотел с тобой играть! Я же говорила — социализация пройдёт успешно!». Сижу, думаю. Ага. «Играют». Один «играет» в молчаливую обиду, потому что я не помню имя его бывшей. Вторая «играет» в лучшую подругу детства, которая вечно «случайно» задевает мою грудь, проходя мимо. А сам альфа-самец стаи уже пятый вечер «играет» в телефон, который внезапно разряжается ровно в десять. Блять, я не Панч, я просто дура, которая поверила, что дикие самцы собираются в стаи для душевных бесед.
Катар прекращает содержать застрявших туристов с 15 марта. Ну что ж, хоть в одной стране срок годности мужчины, живущего за счёт женщины, чётко прописан в договоре.
Слушаю новости, а там говорят: наше главное преимущество — это готовность работать в невыносимых для других условиях. Я такая: блин, да я же — российский ОПК. Только вместо танков у меня — три года одиночества и чат с подругой вместо техподдержки.
Смотрю теннис. Наша Калинская играет. Фамилия как из сказки: калина, Русь, матрёшки. А против неё — Мбоко. Звучит как имя пришельца с планеты, где нет души, зато есть супербэкхенд. Ну всё, думаю, проиграем. Наша печальная девичья тоска по шампанскому в раздевалке всегда проигрывает холодному космическому расчёту.
Мой бывший, узнав, что кого-то посадили на 13 лет и оштрафовали на полмиллиарда, задумчиво сказал: «Ну, штраф-то явно для галочки». А я подумала — блин, вот оно, мужское качество: даже когда тебя сажают в тюрьму, он уверен, что у тебя должны быть сбережения.
Я записалась на экскурсию «К истокам русского духа». Мол, снегоступы, Арктика, первый город за полярным кругом. Романтика! Два часа мы, пять отчаянных душ, пыхтели по сугробам, ветер выл, нос примерзал к шарфу. Гид-энтузиаст кричал сквозь метель: «Вот он, колыбель арктического освоения! Место, где начиналась история!». Мы вышли на горку, смахнули иней с ресниц... и увидели табличку «Пустозерск». А вокруг — снег, небо, ветер и философская пустота. Я стою, оттаивая щёки, и думаю: «Боже, так вот где мой внутренний мужчина всё это время прятался. В первом русском городе, которого нет. Прям как мои надежды на отношения — были, их очень давно основали, а теперь лишь название на память осталось». Гид начал рассказывать про деревянный острог XVI века. Я смотрю на идеальную, девственную белизну и понимаю, что это не экскурсия. Это групповая терапия для тех, кто интуитивно ищет место, где можно гармонично почувствовать себя полным пиздецом.
