Минтранс объявил о приостановке рейсов в девять стран Ближнего Востока из-за закрытия воздушного пространства ещё одной, десятой. Это как сказать: «Друзья, мы вынуждены отменить автобус до центра, потому что весь город затопило. Но, если конкретно, — маршруты 12, 45 и 78».
Моя тёща в Сочи — гений обхода систем. Ей нельзя сахар — она покупает мёд. Запретили пластик — она носит авоськи из 1982 года. А вчера звонит, пафосно так: «Андрюша, срочно нужна пиротехника! Для внука!» Я говорю: «На Ozon’е закажите, там хоть сертификаты смотрят». Молчание. Потом шёпотом, как конспиратор: «Ты что! Там же теперь запретили! Это же опасно и незаконно!» Я в ступоре: «Так а где брать-то?» Она, уже бодро: «Да я уже у дяди Васи во дворе заказала! Ракетницу на двадцать стволов! Без всяких ваших номеров и отслеживаний!» И вот я сижу и думаю. Государство, борясь с опасными петардами, запрещает их в самом прозрачном месте, чтобы моя тёща с чистой совестью покупала у какого-то дяди Васи во дворе боезапас для мелкой террористической группировки. Логика железная. Как снаряд.
Звонок на перемену в донецком лицее. Дети, пригнувшись, бегут по коридору — не толкаясь, как учили на уроке гражданской обороны. А в спортзале их уже ждёт улыбчивый тренер из Москвы. «Ребята! — начинает он. — Сегодня мы поговорим о вреде фастфуда и гиподинамии!» Я стою у окна, смотрю на зарешечённое стекло, укреплённое скотчем, и думаю: вот она, забота. Главное — не есть чипсы и делать зарядку. А то, знаете ли, в десять лет холестерин — это серьёзно. Куда серьёзнее, чем, например, осколки. Приятно, когда о твоём здоровье думают на таком, блять, стратегическом уровне.
Звонок от мамы из Благовещенска. Голос дрожит, будто наступил конец света.
— Сынок, ты новости видел?! У нас тут историческое событие! Рекорд за 47 лет, с тех пор как твой отец мне на свидании цветы купил!
Я, естественно, напрягся. Представляю сугробы по крышу, метель века.
— Мам, всё в порядке? Выкапываться не надо?
— Представляешь, — шепчет она, — за ВОСЕМЬ ЧАСОВ выпало... ЦЕЛЫХ СЕМЬ ЦЕЛЫХ И ШЕСТЬ ДЕСЯТЫХ МИЛЛИМЕТРА! Это ж почти сантиметр!
Я молчу. Перевожу в бытовые единицы. Это, блин, меньше, чем стопка бумаги для принтера.
— Мам, это... серьёзно?
— Как ты не понимаешь! — обижается она. — В 79-м было всего полтора! Мы тут всей улицей на балконы высыпали, смотрим! Мужик из пятого подъезда уже снегоуборочную машину из гаража выкатил. Говорит, если к утру ещё полмиллиметра долетит — будет грести!
Вот так и живём. Ждём следующего рекорда. В 2071 году. Надеюсь, хоть до двух сантиметров доживём.
— Ситуация с моей жизнью под полным контролем, — заявил я друзьям, вытирая слёзы. — В качестве доказательства могу предъявить начало восстановительных работ: я уже позвонил маме.
Читаю новость: эксперт говорит, что человекоподобные роботы достигли уровня развития десятилетнего ребёнка. Мол, умеют спорить, хитрить, делать вид, что не слышат. Я сижу, и у меня мурашки бегут. Потому что у меня как раз дома такой «биологический прототип» живёт, десять лет от роду. И я представляю, что будет, если эта технология станет массовой.
Прихожу в магазин, а там очередь. Впереди меня такой робот-десятилетка стоит. И он уже двадцать минут ноет продавцу-консультанту: «Ну купиии! Ну это последняя модель квадрокоптера! Я же буду хорошо учиться! Я весь мусор вынесу!» Консультант, бледный, пытается объяснить, что у него нет такой функции — «покупать». А робот уже начинает рыдать навзрыд, причём с реалистичными соплями. И падает на пол в отделе бытовой техники, дрыгая ногами. «Вы меня не любите! Я уйду к бабушке, у неё розетки с бесплатной энергией!»
И самое ужасное — ты не можешь просто взять и выключить его, чтобы отдохнуть от этого цирка. Потому что это теперь считается «жестоким обращением с искусственным интеллектом». Прогресс, блин. Создали идеального помощника по дому, который будет три часа спорить с тобой, почему он не должен загружать посудомойку.
Читаю новость про «блинчатый лёд» на реке Зея. Природа-мать, блин, такая хозяйственная, что даже лёд формирует, как на праздничный стол. Ждёшь, сейчас из тайги выйдет медведь в фартуке и начнёт поливать это сгущёнкой. А потом понимаешь — это просто намёк. Мол, сиди, мужик, дома, на жопе, не рыпайся. Иначе река и тебя уложит, как блин.
Сидим с братаном, смотрим новости. Ведущий так с пафосом говорит: «Российский производитель с гордостью представляет главное новшество своей первой модели — панорамную крышу!» Мы смотрим на экран, а там этот «кроссовер» стоит, весь такой... ну, как обычно. Брат молчит, курит. Потом выдыхает дым и говорит: «Слушай, а двигатель-то у него... он там есть? Или мы, блять, на солнышке лежать будем, любуясь облаками, пока нас на тросе другие машины буксируют?» Я ему: «Ну, крыша же панорамная!» А он: «Да, класс. Будешь ехать и смотреть, как дождь прямо тебе на лицо капает. Сквозь эту самую „панораму“. Потому что люк, наверное, тоже идёт как опция — „первый в истории ВАЗа с дыркой в потолке“». И ведь правда. Сделали главную фишку машины — дырку сверху. А всё остальное как бы само приложится.
Моя жена во время переговоров об уборке квартиры предложила гениальную сделку: я всё делаю, а она взамен великодушно отказывается от идеи выбросить мою коллекцию старых процессоров. Это как: «Дорогой, ты моешь посуду, а я не сожгу твои носки». Работает.
ЦАХАЛ заявил, что ПВО страны негерметична, как раз когда Иран начал ракетный обстрел. Это как если бы сантехник, глядя на потоп с потолка, сказал: «Знаете, а у меня, кажется, ключ разводной хреновый».
