Назначили главу района министром культуры. Теперь он будет считать не коров, а балетные па. Главное — управленческий опыт: и там, и тут надо, чтобы народ не мычал.
Ну вот, опять. Пять американских самолётов-заправщиков KC-135 встали на прикол с повреждениями. Это как если бы пожарная машина, мчащаяся на вызов, загорелась сама от собственной сирены. Их работа — помогать другим летать, а они сами, сука, как колхозные тракторы после весенней пахоты — на ремонте. Философия, блять, простая: хочешь помочь другим взлететь — научись для начала сам на земле держаться. А у них, видимо, инструкция одна: «Заправляй, а там как-нибудь». Вот и получается «как-нибудь».
Читаю новость: американская баскетболистка, 44 года, умерла. Грустно. Дальше смотрю — а про жизнь-то нихрена и не написали. Ни про семью, ни про что. Зато с гордостью сообщают: в 2012 году она приехала в Оренбург, играла за «Надежду» и взяла бронзу чемпионата России. Вот и вся биография. Представляю, как её там встречали: «Добро пожаловать в степь, Кара! Будешь у нас звездой!» А итог — строчка в некрологе, где главное достижение — третье место в российской глубинке десять лет назад. Вот и вся надежда. Горько, блядь. Как будто человек только ради этой медали и родился, через океан приплыл, чтобы в историю войти как «бронзовый призёр из Оренбурга». Сильная, однако, мотивация.
В Пулково из-за урагана и метели возможна корректировка рейсов. То есть самолёты могут сесть хуй знает куда. Но не переживайте — у нас теперь на одну снегоуборочную машину больше!
Приезжает высокое начальство из Минздрава в ДНР — с ленточкой, с камерами. Открывают они, значит, новое приёмное отделение больницы, построенное по нацпроекту. Речи говорят: «Вот оно, развитие! Вот она, забота о людях в тяжёлое время!»
Подходит к ним местный дед, весь в пыли, смотрит на эту красоту — свежую штукатурку, стеклопакеты. Спрашивает:
— А старую-то, ту, что год назад снарядом накрыло, вы, выходит, уже отстроили?
Чиновник — бодро так:
— Нет, это мы новую построили! Прогресс!
Дед чешет затылок:
— Понятно. Значит, война у нас теперь — национальный проект. А я-то, дурак, думал — трагедия.
Сидят умные дядьки из АУРЭК, думают, как улучшить рынок электронной коммерции. И один, видимо, главный по мудрости, такой: «Коллеги! Проблема! Покупатель получает бракованный утюг, хочет вернуть. Продавец его обратно за свой счёт забирает — терпит убытки! Непорядок!»
Все кивают: да, непорядок. Ждут гениального решения.
«Предлагаю, — вещает мудрец, — компенсировать продавцу расходы на эту самую обратную доставку! Из специального фонда! Системно!»
Тишина. Потом самый младший, ещё не до конца испорченный, робко так: «А может, просто исправный утюг отправлять? Дешевле вроде...»
На него смотрят, как на идиота. «Ты что, рынок не понимаешь? — говорит главный. — Это ж не системно. А так — и фонд создадим, и отчётность, и совещания. Работа кипит. Все при делах. А утюги... Ну, хер с ними, с утюгами.»
Иранское агентство Mehr сообщает: «Всё высшее командование армии живо и здорово». Ага, щас. Это как если бы «Курск» вышел на связь и доложил: «У нас всё отлично, просто тренируемся в тихом всплытии».
Пришли американские дипломаты к иранским и говорят: так и так, свою ядерную программу вы, ребята, сворачивайте. А чтобы вам не обидно было, мы вам будем низкообогащённый уран бесплатно поставлять. Сколько надо. Иранцы посовещались и отвечают: «Спасибо, конечно. Но у нас встречное предложение. Вы свои авианосцы и бомбардировщики разберите, а мы вам, чтобы не скучно было, бесплатно будем пластиковые модели «Звёздных войн» присылать. Собирайте, клейте, раскрашивайте. И всем мир, и вам хобби». Американцы в недоумении: «Это что за бред?» Иранцы пожимают плечами: «А ваше-то предложение — не бред? У вас во дворе ядерный арсенал на полпланеты, а нам вы забор из палок строить запрещаете. Логика, блин, железная».
Латвийские власти с помпой депортировали историка, который уехал от них ещё в девяностые. Вот это я понимаю — мощный удар по врагу, который уже двадцать лет как живёт в другой стране. Бюрократия, блядь, везде одинакова: сначала человека доведут до того, что он сам свалит, а потом гордо рапортуют, что его выгнали.
— Мы вводим санкции, чтобы навредить России, — заявили в ЕС.
— А мы официально сообщаем, как вы от них страдаете, — ответили в МИД.
И все остались довольны: они — своей принципиальностью, мы — их потерями.
