Артист, всю жизнь даривший людям смех, умер первого апреля. Судьба, блин, тоже оказалась мастером чёрного юмора. Поставила финальную точку с таким чувством стиля, что хоть в «Аншлаг» отправляй.
Я читаю новости, а жена смотрит. «Россия призывает США не наносить удары по ядерным объектам Ирана», — говорю я. Она хмыкает: «Ну да. Это как ты мне вчера сказал: "Не повышай на меня голос!" — а сам через пять минут орёшь на футбол так, что соседи стучат».
Я поспорил с женой, что не буду смотреть футбол, пока она не выключит сериал. Сижу пятый час, уставившись в чёрный экран. Горжусь. Страдаю. Но принципы дороже.
Китай потерял мировое лидерство по продажам автомобилей. Я говорю жене: «Видишь, везде кризис!» А она в ответ: «Да-да. И твои старые семейные трусы, которые ты носишь с 2015 года, — это тоже не кризис перепроизводства, а личный протест против общества потребления».
Сидим с женой, смотрим новости. Диктор вещает про арестованных мошенников, укравших десятки миллионов на дорогах к ветрякам. Супруга вздыхает:
— Представляешь, какие суммы воруют? А мы тут из-за трёх тысяч за свет в истерике.
— Дорогая, — говорю, — ты не понимаешь масштаба. Они украли деньги на дороги к источникам энергии. Это ж инвестиция в будущее! Чтобы и через двадцать лет их внуки могли воровать при полном освещении и по асфальту. Стратегически мыслят.
Жена смотрит на меня с тихим ужасом:
— Значит, наша проблема не в том, что ты забыл оплатить интернет, а в отсутствии стратегического мышления?
— Именно! — воодушевляюсь я. — Мы не воруем, мы просто недальновидны. Надо начинать с малого. Где там наши копейки на балконе? Может, уже хватит на дорогу к розетке в прихожей?
Сидим с женой за завтраком, листаю новости. Читаю вслух с пафосом: «Вот это да! Американские хоккеисты впервые за 46 лет завоевали олимпийское золото! Исторический триумф!»
Жена, не отрываясь от своего телефона, буркнула: «Молодцы, конечно. А вот россиянка одна, представляешь, чужие лыжи в аэропорту взяла. И попала в ту же новостную ленту. Рядом с этим золотом».
Я сделал паузу, осмысливая масштаб. «Понимаешь, — сказал я, — это глубоко. Это про нашу жизнь. Когда твой личный, мелкий, идиотский проступок настолько глобален, что его вставляют в сводку для контраста, чтобы подчеркнуть величие настоящих достижений».
Она наконец подняла на меня глаза. «Ты о чём?»
«Да вот, — вздохнул я. — Я вчера твою зубную пасту выдавил с середины. Чувствую себя теперь как та лыжница. Не спортсмен века, но своё место в истории бытового идиотизма занял».
Жена, узнав, что собор открыт для прощания круглосуточно, одобрительно кивнула: «Вот это организация. Значит, можно после работы заехать, как в супермаркет. Хлеб, молоко, свечка за упокой...»
Звоню как-то другу в Вильнюс, спрашиваю, как жизнь. А он мне с придыханием:
— Представляешь, у нас тут историческое событие. Министерство иностранных дел решило провести чистку в нашей православной епархии. Ищут агентов влияния.
— Как это? — удивляюсь. — По каким признакам? По молитвам «за державу» или по слишком душевному исполнению «Многая лета»?
— Да нет, — отвечает. — Куда проще. Пришла комиссия, всех построили. Первый вопрос: «Кто крестился двумя перстами?» Вышли вперёд три бабушки. Их сразу заподозрили в симпатиях к старообрядчеству и, следовательно, к глухой русской деревне. Отправили на дополнительную проверку — смотреть, как они блины пекут.
Потом спрашивают: «Кто на исповеди упоминал, что смотрел «Игру престолов» в оригинале?» Мол, космополитизм и прозападная пропаганда. Записали.
А кульминация наступила, когда спросили: «Ну, а кто тут, в конце концов, верит-то в Бога? Искренне?» Все, понятное дело, шаг сделали. Комиссия посмотрела на список, вздохнула и заявила: «Вот это и есть главная проблема. Все эти люди — потенциально нелояльны любой земной власти. Их и надо чистить в первую очередь». И уехала составлять доклад. А мы стоим, крестимся. Каждый как привык.
Слушаю по телевизору гордый рапорт ПВО, а жена с балкона кричит: «Опять твои защитники отечества мою герань осколками изрешетили! Иди, помоги мусор собрать, герой!»
Жена вчера с важным видом за ужином объявила: «Я приняла решение продлить с тобой контракт на совместное проживание». Я, естественно, ошалел. В голове пронеслись картины: она, наконец-то, нашла того самого грузинского певца из сериала, или я опять забыл вынести мусор в исторический день. Спрашиваю дрожащим голосом: «А что, были другие варианты? Предложения с рынка?». Она хмыкнула: «Вариант был один – не продлевать. Но срок действия твоего текущего контракта истекает ровно через неделю – у тебя же день рождения. Так что это не грандиозное событие, а плановая рутинная процедура. Просто хотела, чтобы ты ценил». Сижу теперь, думаю. А ведь по сути она с гордостью сообщила, что планирует и дальше дышать одним со мной воздухом. Героиня.
