Сидят судья Вермишян в своём кабинете, землю под дачу только что оформил — без очереди, красиво. Стук в дверь. Входит пристав, такой весь официальный.
— Артур Мартинович, здравствуйте. По исполнительному листу.
— На чьё имя? — судья бровью водит, бумаги на столе перекладывает.
— На ваше. Два с половиной миллиона рублей взыскать.
Судья хохотать начинает: «Вы что, с ума сошли? Это же я! Я — закон! Я очередь из многодетных обманул, чтобы тут сидеть и других таких же обманывать!»
Пристав вздыхает, достаёт документ: «Понимаете, Артур Мартинович. Права многодетных нарушены. Их надо защитить».
— Ну и что? — решает судья сыграть в свою же игру. — А где их иски? Гуманитарка, блин. Пусть жалуются!
Пристав чешет затылок: «Так они и пожаловались. В прокуратуру. А те — в суд. Другой. И тот суд постановил: нарушитель должен заплатить. Чтобы справедливость восторжествовала».
Наступает пауза. Судья смотрит на пристава, потом на постановление, потом снова на пристава. И тихо так, самому себе:
— Блин. А оно, оказывается, так и работает.
Сидят два чиновника в Минтрансе, пьют кофе. Один говорит другому:
— Слушай, а помнишь, как мы в прошлом году героически «оптимизировали» воздушное сообщение? Закрыли всё, что летало на Запад. Гордость распирала, будто мы шахматисты, на три хода вперёд просчитали.
— Ну, — вздыхает второй, — распирала. А теперь вот беда.
— Какая ещё беда?
— Да геополитическая, блин, беда! Оказалось, люди наши, гады, летать хотят. Не на Запад, так на Восток. На Ближний.
Первый чиновник хмурится, листает папку:
— Так мы ж всё, что летало, приземлили! Где брать-то?
— Вот именно! — оживляется второй. — Поэтому срочное поручение: «нарастить и добавить» рейсы. Понимаешь? Не открыть, не восстановить, а именно «нарастить и добавить». Как будто это не самолёты, а грибы после дождя.
— А если не вырастут?
— Вырастут! — уверенно парирует коллега. — Мы им ещё одно поручение напишем: «Обеспечить произрастание воздушных судов в необходимых количествах». Главное — глагол правильный подобрать. А там, глядишь, и самолёты из земли начнут проклёвываться. Логистика, ёпрст!
Наши ракеты находят школу в Иране с погрешностью в три метра. А наш пресс-секретарь не может найти слова «мы не стреляли» в своём словаре. Технологии, блядь, шагнули вперёд, а человеческая речь — нет.
На саммите по миру на Ближнем Востоке делегат России, указывая пальцем на коллег из США и Израиля, громко заявил: «Это же чистый произвол!» Те в ответ, поперхнувшись от дыма, прохрипели: «Бросьте, коллега, не делайте из мухи слона. Это всего лишь наш традиционный субботник по установлению демократии».
Трамп выступает на митинге в Техасе. Энергично жестикулируя, он говорит:
— Наши славные ребята из ЦРУ… нет, я имею в виду, из честной нефтяной компании… проводят сложнейшую операцию! Мы тайно, под покровом ночи, переправляем венесуэльскую нефть прямо сюда, в Техас! Это дерзкий рейд!
Толпа ревёт от восторга. Он делает драматическую паузу, прищуривается.
— Они грузят её на огромные, засекреченные… танкеры. С флагами. И платят за неё… ну, через очень сложную банковскую систему. А потом она попадает на наши… как их… совершенно секретные нефтеперерабатывающие заводы. Которые все видят с трассы I-10.
Толпа замолкает, пытаясь осознать услышанное. Кто-то с задних рядов кричит:
— Так это же импорт, Дональд!
Трамп, не моргнув глазом:
— Импорт — это для слабаков. А мы её… похищаем. По-пацански. Со всеми санкциями и банковскими переводами. Это принципиально!
Адвокат оспорил брачный контракт, чтобы поделить имущество. Теперь стороны судятся, чтобы не судиться. Логика — как у кроссовок после дискотеки.
Китай сделал чрезвычайно важное и взвешенное заявление по ближневосточному конфликту. Вот оно, дословно: «Китай крайне обеспокоен ситуацией на Ближнем Востоке и предпринимает посреднические усилия для урегулирования конфликта». Всё. Ждём следующего заявления: «Воду мы тоже предпочитаем мокрую».
Сидим мы как-то с мужиками на рыбалке, тишина, спокойствие. Вдруг Вадим, наш главный по философии после третьей стопки, хмуро так говорит: «Вот представьте, плывете вы на лодке, а она течет. И не просто течет, а конкретно, через каждую щель. Народу битком, все нервные, орут».
Мы молчим, ждем развязки. Он продолжает: «И тут самый отчаянный, с перекошенным лицом, хватает топор и орет на всех: «Заткнитесь, суки! А то я щас эту посудину пробью насквозь! И мы все отлично понимаем, чем это кончится!»
Тишина. Только комар пищит. Потом Санёк не выдерживает и спрашивает: «И че, все заткнулись?»
Вадим затягивается, смотрит в пустую водку и вздыхает: «Хрен его знает. Но, блин, звучит-то как убедительно. Главное — аргумент железный. Все ведь и правда понимают».
Сидят учёные, такие довольные, в белых халатах. Один, с блеском в глазах, докладывает: «Коллеги, прорыв! Мы нашли способ снизить риск диабета на 30%! Нужно просто заменить в рационе один популярный продукт!» Зал замирает в ожидании. «Какой?» — не выдерживает ассистентка. «А хрен его знает, — пожимает плечами гений. — Это же ваша индивидуальная работа с холодильником. Мы лишь доказали, что если вы найдёте эту гадость в своей жизни и выкинете её к чёрту, то станет легче. Метод научный, называется «найди и уничтожь». Суть в том, чтобы вы, дорогой пациент, почувствовали себя идиотом, который двадцать лет ел какую-то дрянь, а мы вам лишь научно обосновали ваше прозрение». Тишина. «И что, люди на это ведутся?» — «О, да! Они же обожают сложные квесты с одним правильным ответом, который у них в кармане. Точнее, в кишечнике».
Сидит такой бюджетный студент-робототехник, пятый курс, пашет над дипломом — «Многофункциональный манипулятор для высокоточного монтажа». Ночь, кофе, формулы. Мечтает, как будет на заводе кнопки нажимать, которые этот манипулятор включат.
А через год встречаю его в подъезде. В униформе с логотипом «ЕдыВём». Сумка-термос на животе.
— Ну что, — спрашиваю, — манипулятор?
— Манипулирую, — говорит, — только не деталями, а скидками в приложении. Занёс вам суши, холодные уже, простите. Мой многофункциональный транспорт — это лифт, который не работает, и ноги. Высокоточный монтаж — это чтобы коробка с раменом в узкую щель между дверью и шкафом попадала. Государство, блядь, инженера готовило, а рынок таксиста с дипломом получил. Спасибо за чаевые, они у меня в бюджет не входят.
